Бабник: Назад в СССР 3 - Роман Фабров

долгий, многообещающий взгляд. Элька явно собиралась продолжить наше знакомство, и это была однозначная победа. Девка поплыла. Впрочем, вступать с ней в близкие отношения в мои планы не входило — да и если вдруг её родители узнают о чём-то подобном, мне точно голову оторвут. Уверен на сто процентов. А оно мне надо? Вот то-то и оно. Поэтому, Эльмира, извини, но нет.

Глава 4

— Видала, мать, как зариповская дочка на нашего Лёху поглядывала? — ухмыльнувшись, выдал батя, едва за гостями закрылась дверь. Он кашлянул в кулак и заговорщически посмотрел на меня, ожидая реакции.

— Ну ты что, Олег! Тьфу на тебя! Выпил — и всякую ерунду несёшь! — Мама в сердцах размахнулась и наотмашь треснула его мокрым кухонным полотенцем по спине.

— Ну, Поль, а что я такого сказал-то? — защищаясь от её ударов, отец отступил на шаг и поднял ладони в примирительном жесте. — Я вот в его годы уже… — Но, вовремя сообразив, что сболтнул лишнего, тут-же стушевался и поспешно добавил: — Впрочем, это уже неважно.

— Ну и гад же ты, Гаранин! — надув губы, прошипела мама и, швырнув в него мокрым полотенцем, в слезах убежала на кухню.

Бабушка, наблюдая за назревающим скандалом, с укоризной поглядела на отца, тяжело вздохнула и всем видом показала: сейчас самое время пойти на кухню и попытаться извиниться, а там, глядишь, она и простит. Зная отходчивый характер мамы, бабушка ни на йоту не сомневалась: та, конечно же, простит, но сперва заставит искупить вину — скорее всего, мытьём посуды.

— Ну а ты чего тут встал? Уши греешь? — посмотрела на меня бабушка, уперев руки в бока. — Сходил бы лучше мусор выкинул да с Иркой погулял, пока на улице светло. Она целый день дома сидит — дуреет от скуки и капризничает. А на улице вон сколько снегу-то намело!

Подхватив в одну руку санки, в другую — мусорное ведро, мы с сестрой вышли на улицу. Мороз тут же хватанул за щёки, а на крыльце под ногами приветливо захрустел первый снег.

Выйдя на улицу, я заметил Мишку — он как раз проходил мимо нашего подъезда вместе со своей мамой, тётей Наташей. Было сразу ясно, что они возвращаются из продуктового магазина. Мишка, с недовольной физиономией и слегка запыхавшись, — как примерный сын — тащил увесистую авоську килограмм на десять, сквозь ячейки которой отчётливо проглядывали клубни картофеля.

Я поздоровался с ними и уже хотел шагнуть к помойке, чтобы выбросить мусор, но Мишка, глянув на меня, на сестру и санки, мгновенно оживился. Глаза загорелись, и он тут же обернулся к маме, умоляюще заканючил:

— Ма, можно я с Лёхой погуляю? Ну пожалуйста!

Тётя Наташа вздохнула, но разрешила при этом добавив:

— Ладно иди, только ненадолго. И смотри, шапку не потеряй, как прошлый раз!

— Лёха, только ты никуда не уходи, я ща мигом! — бросил мне приятель, обернувшись, и они свернули к своему подъезду.

Я остался ждать его у крыльца, но не прошло и пары минут, как Мишка пулей вылетел из подъезда, на ходу поправляя съехавшую набок шапку, и подбежал к нам.

— Миха, ты постой тут пару минут, присмотри за сестрой, — попросил я, передавая ему верёвку от санок. — Сейчас мусор выброшу, — пнул я легонько ногой полное ведро с очистками, — и сразу же пойдём гулять.

— Ага! Давай, дуй! Одна нога здесь, другая там! — цыкнув зубом согласился Мишка и тут же принялся развлекать Ирку.

— Эй, мелкая, хочешь фокус-покус покажу? — Он вытащил из кармана конфету, спрятал за спиной, а потом протянул два зажатых кулачка. — Угадай, в какой руке конфета!

У Ирки моментально загорелись глаза при виде конфеты и она не раздумывая, стукнула по одному из кулаков. Что было дальше, мне уже не удалось увидеть.

Я кабанчиком метнулся в сторону местной помойки, высыпал мусор и, грохнув металлической крышкой так, что сидевшие на деревьях голуби от страха взлетели вверх, рванул обратно. Поднявшись по лестнице, поставил ведро в прихожей и замер под удивлённым взглядом бати, который как раз вышел из кухни.

— Алексей, на улице холодно! Долго не гуляйте, а то Ирка простудится — потом кто с ней по поликлиникам будет таскаться? — прочитал мне наставление поддатый батя.

Я согласно кивнул и тут же побежал вниз.

Выскочив из подъезда, я тут же услышал звонкий визг сестры:

— И-го-го! Лошадка, давай быстрее!

Мишка вовсю носился по двору, словно заправский конь, таская за собой санки с довольной Иркой. Он тяжело пыхтел, раскраснелся, но не останавливался. Мелкая же, намертво вцепившись в поручни, звонко смеялась на весь двор, совершенно не боясь плюхнуться на снег, и получала от этой гонки самое настоящее удовольствие.

— Миха, я всё! — крикнул я приятелю и жадно вдохнул морозный воздух. — Ну что, куда пойдём? Может, на горку?

Мишка расплылся в довольной улыбке и передал мне верёвку от санок:

— Ага! — ответил он, чуть отдышавшись. — Ладно, погнали!

И мы дружно двинулись в сторону парка. Правда, то, что мы именовали «парком», на самом деле парком не было — это был самый настоящий лес, начинавшийся метрах в пятистах от нашего дома. На его опушке прятались довольно длинные пологие овраги, с которых мы каждую зиму до посинения катались на санках и картонках. Порой мы с пацанами пропадали на этих склонах целыми днями, возвращаясь домой под вечер насквозь мокрыми, но абсолютно счастливыми.

Серое ноябрьское небо сегодня расщедрилось: пушистый снег валил вовсю, заметая тропинки, стирая следы прохожих и оставляя на земле чистый белый лист. Морозный воздух отлично прочищал голову от событий последних дней. Я даже поймал себя на мысли, что все мои планы и задумки на будущее будто ушли куда-то на второй план.

Пока Иринка с визгом скатывалась с небольшой горки, мы с Мишкой, стоя по щиколотку в снегу, болтали о разных пустяках. А потом он вдруг спросил:

— Лех, расскажи, куда тебя возили? Интересно же. Ну, вчера, после концерта. Видел бы ты, как наша завуч засуетилась! — поджав губы, он почесал замёрзший нос. — Представляешь, директор бледный как мел, Зойка молчит, словно в рот воды набрала… А тебя на самом деле туда возили? И чего они от тебя хотели-то? — засыпал меня вопросами Мишка.

— Да расслабься ты, — цинично ухмыльнулся я, стряхивая снег с его пальто. — Вот вы все напридумывали себе чёрт знает чего, а потом ещё и поверили в свой бред. Ну вот, что вы за люди такие? Да, проехался я с ними, поговорили мы недолго, ещё чайку с лимоном