Синий на бизани - Патрик О'Брайан

его карьера погублена. Боевые заслуги в какой-то мере влияют на это важное решение, но связи имеют большее значение, то есть политический вес и репутация семьи значат больше, иногда гораздо больше, а Джек Обри не всегда вел себя правильно с политической точки зрения. Он очень боится, что в ближайшие несколько месяцев возьмет в руки "Газетт" и увидит, как людям младше его по производству вручат их вымпел, – если мне не изменяет память, синий брейд-вымпел, который будет поднят на бизани. Этот кусок полотнища необыкновенно важен для человека, который с таким рвением рвался к нему на протяжении стольких лет. И теперь, когда мы больше не ведем войну и у него практически нет шансов отличиться, можно понять, почему его взгляд так потускнел, ведь есть реальная возможность, что всего его надежды будут полностью разрушены. И ничто, ничто иное, кроме этого куска ткани, не сможет вернуть ему радость к жизни.  Ничто, – Помолчав, он продолжил: – Это заболевание, точнее, состояние души, на флоте называется "болезнью флага", и оно поражает почти всех честолюбивых капитанов, когда они приближаются к решающему периоду в своей карьере. Я редко сталкивался с ним лично, поскольку вся моя служба прошла под командованием одного капитана, но я часто говорил об этом со своими коллегами, и они сходятся во мнении, что пациенты – то есть все, за исключением нескольких офицеров, чьи достижения, семейные связи или непосредственное политическое влияние делают их повышение неизбежным, – страдают от беспокойства, потери аппетита и жизнерадостности, при этом часто нарушаются мужские функции, так что врачи наблюдают либо фактическую импотенцию, либо нездоровые излишества. В данном случае столь экстремальных симптомов не наблюдается, но есть общая подавленность: он почти не музицирует, а в шахматы, карты или нарды играет только из вежливости.

Они некоторое время молчали, вернувшись к своему кофе. Потом Стивен сказал:

– Амос, когда-то здесь было несколько сирийцев и армян, купцов или торговых агентов. Вы кого-то из них знаете? Это не имеет особого значения, но я хотел бы узнать о большом португальском торговом судне, направляющемся в Англию, на котором должна отплыть одна дама, моя подруга.

– О, Боже мой, ну, конечно, – воскликнул Амос обрадованно. – Разве мой кузен не агент страховой компании Ллойда в этом порту? Мне отвести вас к нему?

Стивен потянулся за часами, – конечно, их на месте не было, и он снова почувствовал радость. На колокольне пробили девять часов.

– Вы очень добры. Но, боюсь, он или его сотрудники не согласятся взять на себя столь незначительное поручение. Я только хотел бы, чтобы ее каюту украсили цветами. И поскольку мы отплываем завтра, а это судно еще долго сюда не зайдет, то очевидно, что цветы должны быть куплены по доверенности.

– Я уверен, что он с радостью согласится. Возьмем еще кофейник?

– Спасибо, но, полагаю, мне следует вернуться на корабль, как только мы повидаемся с вашим любезным кузеном.

– Я вернусь с вами, если позволите: ваше старшинство и суровое выражение лица могут послужить своего рода защитой от грубых насмешек. И в любом случае, сегодня утром они намерены возобновить свои кулачные бои, так что у нас могут быть раненые, о которых придется позаботиться.

Два врача, благополучно выполнив свое поручение, отчалили от мола во время затишья, наставшего после оглушительного шума на борту "Сюрприза", криков "Ломай его, приятель" и глухих звуков сильных ударов, которыми обменивались боксеры. Кое-кто из друзей помог им подняться на борт.

– Спасибо вам, мистер Хэнсон, – сказал Стивен, благополучно оказавшись на палубе. – Но, – продолжил он, глядя на юношу. – боюсь, вы были в бою.

И действительно, у мичмана был подбит глаз, на нижней части лица запеклась кровь, а одно ухо заметно распухло.

– О, сэр, – ответил Хэнсон с веселой улыбкой во весь рот. – это был всего лишь небольшой спарринг.

– И все же пойдемте вниз, и я наложу вам пару швов на бровь.

Сидя там на табурете, пока готовили иглу, Хэнсон объяснил, что его противник, помощник штурмана с "Гектора", хотя и был тяжеловесным и довольно опытным бойцом, понятия не имел о длинном прямом ударе левой в горло.

– Не в кончик подбородка, сэр, а именно в горло. Нет ничего лучше, чтобы угомонить противника, чем точный удар в горло.

– Полагаю, вы правы, – сказал Стивен. – А теперь наклоните голову и не дергайтесь, когда я введу иглу. Вот и хорошо. Вы снова будете драться?

– Только после обеда, сэр, и говорят, что он не очень опасный противник.

– Но все же, если он будет целиться вам в голову, лучше бы вам поворачиваться к нему боком и не подставлять эту бровь под удар. А сейчас мне нужно увидеть капитана. Он в своей каюте, я так полагаю?

– Да, сэр, и большое вам спасибо за заботу.

Капитан Обри действительно был в каюте, склонившись над какими-то пачками официальных бумаг, перевязанных черной или красной лентой.

– А, вот и вы, – воскликнул он, с улыбкой поднимая голову, и, внимательно посмотрев на Стивена, продолжил: – Надеюсь, у вас действительно потрясающие новости?

– Новости действительно есть, – сказал Стивен. – Хотя и не такие потрясающие, как мне хотелось бы, поскольку леди, что неудивительно, отклонила мое предложение; но она сказала, что еще подумает над ним, пока нас не будет. И она предложила отвезти наши письма в Англию. Она собирается навестить двоюродных братьев под Бридпортом, так что могу я попросить вас, любезный Джек, написать Софи, чтобы она пригласила миссис Вуд? Мне бы очень хотелось, чтобы она поближе познакомилась не только с Софи и ее детьми, но и с моей Бригитой, – я был бы очень рад, если бы они полюбили друг друга.

– Не сомневаюсь, что так и будет. Я совершенно уверен, что Софи, благослови ее Господь, и миссис Вуд прекрасно поладят, а Бригита – милый, привязчивый ребенок, и она всегда откликается на проявление доброты и внимания. Мои девочки намного старше и не очень-то ей благоволят... Я часто думал о том, чтобы упомянуть об этом, но, как считает Софи, выговоры еще никогда не приводили к нежному отношению. А они, скажем так, ревнуют... В общем, это деликатный вопрос. Человек со стороны иногда способен на большее, чем родители. Я не сомневаюсь, что Бригита и миссис Вуд подружатся; в конце концов, я довольно хорошо знаю миссис