Сакаджавея, женщина-птица. Проводник Льюиса и Кларка - Джеймс Уиллард Шульц

Недавно была найдена могила Сакаджавеи, и её личность устанавливается по вновь обнаруженным доказательствам, зафиксированным в настоящем документе.

Восхваление чьих-либо деяний по прошествии столетия, когда они едва ли были признаны после их совершения, было обычной судьбой, особенно для того класса людей, которые известны как исследователи; ведь оказанная услуга должна быть проверена временем, а выгоды, полученные в результате этих исследований, должны быть тщательно оценены и взвешены, прежде чем раздавать заслуженные аплодисменты.

Единственная женщина, которая сопровождала Льюиса и Кларка через весь континент на Тихоокеанское побережье в1804-06 годах, она за всю свою жизнь не получила никакого личного признания за услуги, которые оказала этим исследователям во время их беспрецедентного путешествия на неизвестный тогда великий Северо-Запад. Но столетие, прошедшее с тех пор, принесло высокую оценку её заслугам со стороны тех, кто проявил интерес к раскрытию и изучению записей о её деяниях как гениального проводника.... История о роли, которую Сакаджавея сыграла в этой континентальной экспедиции, столь же увлекательна, как романы о рыцарях; то, что это история правдива, также добавляет ей очарования.

Вайоминг не был пересечён этими исследователями ни по пути к побережью, ни на обратном пути, однако он славится тем, что эта индианка в течение многих лет жила в пределах его границ, и сейчас здесь покоятся её останки. Впервые представлены факты, позволяющие безоговорочно соотнести личность женщины из Вайоминга и женщины-проводника. Это заявление о тождестве было встречено насмешками, сомнениями, подозрениями и отрицанием. Насмешки превратились в размышления, сомнения – в веру, подозрения – в признание, отрицание в принятие, поскольку факт за фактом излагались и подтверждались людьми, обладающими бесспорной честностью.

В жизни Сакаджавеи было два периода: тот, о котором мы знаем, и тот, о котором ничего нельзя узнать. Именно этот последний период стал камнем преткновения, «зимой нашего недовольства». Мы видим её во всей красе её великолепной молодой женственности; она исчезает так же таинственно, как и появилась; когда она снова появляется, это уже пожилая Сакаджавея, седовласая и хорошо сохранившаяся, чей смертельный недуг можно объяснить только старостью....

В «Журнале» Льюиса и Кларка говорится о том, как горячо были выражены чувства брата и сестры, когда в горах Сакаджавея узнала в вожде шошонов своего давно потерянного брата. Она накинула на него одеяло и, положив голову ему на плечо, «горько заплакала». Здесь она узнала, что вся её семья умерла, за исключением двух братьев и сына её старшей сестры, «маленького мальчика, которого она сразу же усыновила».

Этот последний факт, каким бы незначительным он ни казался, доказывает, что Сакаджавея была сильной личностью. Нет никаких сведений о том, что стало с этим мальчиком после усыновления, продолжал ли он участвовать в походе или по возвращении отправился со своей приемной матерью в селения манданов. Никаких сведений о нём не сохранилось с той поры до последнего времени, когда мы находим его живущим как брата Баптиста и сына Сакаджавеи, известного как Базил.

… Шарбоно получил от Льюиса и Кларка за свои услуги сумму в пятьсот долларов и несколько центов. Нет никаких свидетельств того, что Сакаджавея получила хоть какой-то подарок или благодарность. То, что мы находим, это фраза в «Журнале»: «Этот человек [Шарбоно] был нам очень полезен, а его жена особенно полезна среди шошонов. Действительно, она с поистине достойным восхищения терпением перенесла тяготы столь долгого пути, связанного с уходом за младенцем, которому сейчас всего девятнадцать месяцев. Она была очень наблюдательной. У неё была хорошая память, и она помнила места, которые не видела с детства. В трудном положении она была находчива, отважна и решительна. Со своим беспомощным младенцем она ехала вместе с мужчинами, безошибочно ведя нас через горные перевалы и уединённые места. Умная, жизнерадостная, находчивая, неутомимая, верная, она вдохновляла всех нас».

Находка писем, написанных сто лет назад, показывает, что Сакаджавею ценили гораздо выше, чем мы думали. Это свидетельство было впервые обнародовано в статье в «Century Magazine» (том LXVIII, стр. 876), содержащей письмо, написанное Кларком во время его путешествия вниз по реке после того, как он покинул селение манданов, и датированное 20 августа 1806 года:

«ШАРБОНО:

Вы долгое время были со мной и вели себя так, что заслужили мою дружбу. Ваша женщина, которая сопровождала вас в этом долгом, опасном и утомительном путешествии к Тихому океану и обратно, заслужила большую награду за своё внимание и услуги во время этого путешествия, чем мы могли предложить ей у манданов».

Больше этой женщине не уделялось никакого внимания, даже в отчётах, опубликованных теми, кто совершил это путешествие, вплоть до проведения в 1904 году ярмарки в Сент-Луисе, которая называлась Луизианской выставкой товаров, а затем выставки Льюиса и Кларка в 1905 году в Портленде, штат Орегон. Миссис Ева Эмили Дай привлекла внимание к этой проводнице Запада в своей книге «Завоевание», в которой она без преувеличения превозносит преданность маленькой женщины делу Льюиса и Кларка во время их замечательного путешествия. Г-н Бруно Луис Зимм, нью-йоркский скульптор, при подготовке к лепке статуи Сакаджавеи для ярмарки в Сент-Луисе, потратил год на изучение литературы и этнологии, связанных с ней. Когда ему пришло время найти натурщицу, типичную для женщины племени шошонов, ему было поручено вступить в переписку с преподобным Джоном Робертсом из резервации шошонов в Вайоминге, где он проповедовал и работал миссионером в течение четверти века. Эта резервация расположена в центре штата и на протяжении многих поколений была домом для индейцев. Мистер Робертс обратил внимание г-на Зимма на одну из молодых женщин-шошонок, Вирджинии Грант, которая в то время была студенткой индейской школы в Карлайле. Её считают наиболее типичной представительницей этого племени.

В переписке, речь в которой шла о получении желаемых сведений, мистер Робертс в личной беседе с автором этой статьи поделился долго разыскиваемыми сведениями, которые содержат в себе существенные доказательства их подлинности. После того, как мистеру Робертсу сообщили, что целью получения фотографии Вирджинии Грант было помочь ему в создании скульптуры женщины, которая вела Льюиса и Кларка через горы, это освежило его память до такой степени, что он вспомнил, как хоронил очень старую индианку в первые годы своей трудовой деятельности в Вайоминге. После изучения своих приходских записей, которые он тщательно вёл с тех пор, как приступил к исполнению своих обязанностей среди индейцев-шошонов, он нашел эту запись под датой 9 апреля 1884 года: «Мать Базила, шошонка, сто лет, место жительства – агентство шошонов, причина смерти – преклонный возраст, место