Капитан Фантом. Том 1 - Поль Анри Феваль

быстро составил план действий. Он понимал, что было бы разумнее отсрочить схватку с Англичанином, потому что в первую очередь требовалось спасти Бланш. Но поскольку случай свел его с таинственным врагом, которого он так долго искал, то уклониться от боя ему вряд ли удастся тем более, что неприятель и сам наверняка готовился к встрече с ним.

Лилиа провела его запутанными тропами к нагромождению скал, нависших над южными укреплениями замка. Здесь на слое песка, скопившегося на вершине скалы, обнаружился след ноги, обутой в шотландский сапог. Увидев этот след, Сезар решил, что необходимо срочно начать поиски врага. Он схоронился в кустах, росших на дне оврага, а Лилиа побежала к заброшенному дому, в котором разместился штаб их крохотной армии.

По следу пустили Жибоза, который в очередной раз показал себя отличной ищейкой, ну а наши старые знакомые – Малыш Эсташ, Жан Кутар, Сарлюк и Лафлер – действовали, как великолепная свора гончих. Драгуны ценны тем, что в пешем строю они действуют ничуть не хуже, чем верхом. Возглавивший поисковую команду Жибоз предпочел продираться сквозь чащу, а свора гончих принялась прочесывать горы.

Судя по всему, замок Кабаниль когда-то обеспечивал защиту самого уязвимого места в горах, разделяющих провинцию Леон и Старую Кастилию. Ущелья здесь довольно глубокие, скалы отвесные, но толща самих гор невелика. Поэтому расстояние от замка до долины Кабасета, где начинается территория провинции Леон, не превышает половины лье.

Уже через четверть часа наши охотники добрались до северного склона горы, спустились по нему и попали в перелесок, в центре которого обнаружилась лужайка. На таких лужайках цыгане любят останавливаться на ночлег. Судя по тому, что на лужайке дымилось несколько кострищ, они совсем недавно покинули это место. Трава повсюду была примята, а земля усеяна объедками, оставшимися после завтрака.

Разобраться с этим наследием кочевников предстояло Жибозу. Он сразу заявил, что тот самый человек утром был здесь и именно отсюда направился к замку Кабаниль. Следы его ног, легко узнаваемые по подошвам шотландских башмаков, тянулись от самого большого кострища к вершине горы.

– А еще я видел его следы на песке у каменного стола, – сообщил Жибоз Сезару.

– Ну а это что? – тихо спросил Сезар.

Повсюду на земле валялись клочки бумаги и обрывки тряпок, какие обычно остаются после того, как по траве проходит ватага ребятишек. Сезар острием шпаги откинул в сторону обрывок красной тряпки, под которым обнаружился след широкой голой ступни.

Жибозу для ответа на этот вопрос не понадобилось ни падать на колени, ни измерять отпечаток циркулем, подобно классическим следопытам Нового Света. Он лишь взглянул на след и сразу воскликнул:

– Это Высокая Женщина Антиох-Амур!

Горбун дал команду, и четыре драгуна немедленно рассыпались по близлежащим зарослям.

– Они чем-то занимались здесь, – пояснил Жибоз. – У этого кострища находились только они двое. Взгляните, вокруг места отдыха королевы нет ни одного чужого следа… Вот эти письмена на пепле оставлены ею, однако обутая в шотландский башмак нога стерла все линии и знаки… Сеньор, они, словно стервятники, вьются вокруг замка Кабаниль, как раньше вились вокруг замка Гвадалупе. Если вы собираетесь кого-то спасать, то будьте осторожны.

Капитан не мог отвести взгляд от надписи, оставленной на золе кострища. В центре линии, начало и конец которой были затоптаны шотландским башмаком, остались только два слова, которые Жибозу удалось расшифровать. Эти слова означали: «… его сестры…».

– Значит, спасать придется двоих, – пробормотал Сезар.

До этой минуты он в своем любовном эгоизме не думал ни о ком, кроме Бланш. Растроганная Лилиа поцеловала его руку.

Чтобы проследить путь кочевого племени, не требовались особые навыки и чутье. Племя было весьма многочисленным, и поэтому десятки пар ног, а также копыта лошадей и колеса повозок протоптали и проложили в песке колеи и широкую дорогу, которая, петляя в горах, уходила на северо-восток.

Следы ног Англичанина, протоптавшего несколько тропинок, также были хорошо видны. Он наведывался к расположенным южнее вершинам гор и один раз уходил на север в сторону равнины. В общей сложности он проложил четыре маршрута, последним из которых был маршрут в направлении равнины. Скорее всего, именно по ней таинственный незнакомец собирался покинуть эти места.

Незнакомец и Высокая Женщина окончательно расстались прямо на месте ночной стоянки. Следы всего племени и следы мужчины в шотландских башмаках расходились почти под прямым углом.

Капитан уже собрался броситься по следам цыганского племени, намереваясь поймать кого-нибудь из кочевников, чтобы вытрясти из него нужные сведения, но тут показались Малыш Эсташ и Сарлюк. Они возвращались по широкой дороге, протоптанной десятками пар цыганских ног.

– Нет смысла тратить время на этих птичек, – объявил Малыш Эсташ. – Протоптанная ими дорога заканчивается километрах в двух отсюда у скопления скал и выкорчеванных елей. Там сам дьявол ничего не разберет.

– Если они не спустились под землю, – добавил Сарлюк, – то, значит, улетели на небо.

– Вот они! Вот они! – донесся издалека голос Жана Кутара.

Лафлер кувырком скатился по крутому склону прямо к ногам капитана.

– Тихо! – прошипел он, прижав палец к губам. – Всем замереть!

В этот момент ветер донес звуки задорного шотландского военного марша. Казалось, что они несутся с той самой вершины, с которой только что скатился Лафлер. Нашим охотникам едва хватило времени, чтобы юркнуть в заросли на краю перелеска, из которого они только что вышли. Отсюда сквозь листья кустов они увидели разноцветные пледы роты шотландских гренадеров.

Буквально в нескольких туазах от них прошагал, надувая щеки, ротный волынщик. За ним, весело беседуя на ходу, маршировали покрытые дорожной пылью офицеры и солдаты.

– Ты видишь среди них того человека? – спросил капитан у Лилии.

– Нет, – ответила девушка.

Тут из своего укрытия вылез Жан Кутар.

– До чего же здесь сыро, – сказал он. – Те, о которых я собирался доложить вам, сейчас преспокойно завтракают на равнине.

– Ты хотел доложить о цыганах?

– Полагаю, цыгане уже в аду… А вот англичане варят похлебку на своих переносных плитках, и ветер доносит до меня запах жареной говядины. Чуете, какой запах? Из чистого любопытства взгляните, капитан.

Действительно, примерно в полумиле от начала равнины, в дубовой рощице, разбило свои палатки крупное подразделение шотландских стрелков. Наши охотники поднялись по склону и, взглянув с высоты, с удивлением обнаружили раскинувшийся перед ними военный лагерь, в котором завтракали шотландцы. Одно удовольствие было наблюдать за этими отважными молодыми людьми, такими розовыми, свежими, упитанными. Они расположились как у себя дома и вкушали с таким аппетитом, каким мне, джентльмены, обладать не суждено.

При виде этого пиршества наши драгуны едва не захлебнулись слюной. Отважные французские солдаты уже давно привыкли питаться по-испански, то есть сырым луком и свежей водой, но они по-прежнему были убеждены в том, что христианские желудки не созданы для такого питания, и охотно приняли бы