Россия и Балканы, 1908-1914 гг. Новый взгляд на историю соперничества Балканских стран и участие в нем России - Эндрю Россос

столицах подготовить самое решительное обращение с целью снять осаду Скутари». Сазонов также заявил, что императорское правительство не будет иметь никаких возражений против подобных же шагов Белграда по проведению эвакуации с территорий, признанных албанскими. Но «при условии, что Джакова будет передана Сербии, сербское правительство никогда не сможет вывести свои войска из этого города».

Поэтому Сазонов попросил австрийское правительство заранее предоставить России «гарантии, что город определенно будет передан Сербии» и что международная комиссия «одновременно даст гарантии будущего развития экономики этого города».

Вначале Вена возражала против предложенных Сазоновым прерогатив международной комиссии. Как заявил Менсдорф в Лондоне, это было делом самой комиссии – решать, кому должна была принадлежать Джакова. Однако, если бы она решила вывести город из состава Албании, она должна была бы разработать экономические и другие гарантии с целью защиты его несербского населения. Однако Сазонов отказался дать согласие на образование международной комиссии даже после того, как граф Турн намекнул ему в частном разговоре, что, предлагая такую комиссию, Австро-Венгрия просто пыталась спасти свое лицо. Сазонов настаивал, что России нужно получить определенные гарантии, что комиссия примет решение о передаче Джаковы Сербии.

21 марта Вена отказалась от идеи создания международной комиссии. Граф Менсдорф сообщил Грею о решении своего правительства отказаться от Джаковы. Но при условии, что будут обеспечены права албанского и католического меньшинств на территориях, отходивших к Сербии, и что границы Албании на севере и северо-востоке будут проведены согласно австрийскому предложению. Более важным, однако, было предложение Австрии, чтобы шесть великих держав потребовали и обеспечили немедленное прекращение военных действий и проведение эвакуации с территорий, отходивших Албании.

На следующий день конференция послов приняла австрийские условия. Она приняла резолюцию, которая призывала великие державы предоставить полномочия своим представителям в Белграде и Цетине, чтобы те могли обратиться к правительствам Черногории и Сербии с призывом «снять осаду Скутари, закончить боевые действия на территориях, оставленных Албании, и немедленно приступить к эвакуации населения с этой территории». Сазонов незамедлительно поручил Бенкендорфу известить Менсдорфа, что Россия согласна на включение Скутари в состав Албании и согласна присоединиться к другим державам, принявшим декларацию по этому вопросу с обращением к Белграду и Цетине, как только Менсдорф заявит, что Джакова не будет албанской. Так была узаконена сделка – обмен Скутари на Джакову.

V

Призвав Сербию и Черногорию прекратить все военные операции, великие державы упустили одно очень важное обстоятельство, а именно: бои за Скутари были неотъемлемой частью войны союзников с Турцией. Так, Сазонов сообщал Грею: «Сербов невозможно просить отступить от Дураццо и с прочих позиций, пока не закончится война. Они считают своим долгом сражаться вместе с Черногорией, пока не падет Скутари». Было бы весьма неразумно с их стороны заявлять о каких-то требованиях до того, как будет заключено перемирие и настанет мир.

Приблизительно месяц спустя после возобновления военных действий были предприняты инициативы по повторному прекращению огня. 28 февраля Тевфик-паша выступил с заявлением, что Турция готова согласиться на посредничество великих держав. Из-за расхождений между правительствами союзников они не смогли дать ответ до 14 марта, когда они обратились к великим державам с коллективной нотой, содержавшей их условия мира. В дополнение к тем условиям, которые они представили до перерыва в работе Сент-Джеймсской конференции, они потребовали военных и других репараций, права включать в мирные договоры вопросы, касавшиеся статуса их соплеменников в Турции и торговых отношений с Османской империей. Было выдвинуто требование, что военные действия не должны заканчиваться до заключения мира.

Державы рассмотрели эти условия, некоторые из которых посягали на прерогативы послов конференции и выглядели как надуманные. Они представили свои условия начала мирных переговоров в соответствующих нотах, врученных 23 марта правительствам Балканских стран. На востоке они предлагали принять разграничительную линию, протягивавшуюся от Эноса до Медиа и следовавшую течению рек Марица и Эргене, в качестве западной границы Османской империи. Они предложили передать союзникам всю территорию к западу от этой линии, за исключением Албании и острова Крит. Но они оставляли за собой право решать будущее островов в Эгейском море; и, хотя они были готовы позволить воюющим сторонам участвовать в работе международной комиссии по урегулированию всех финансовых вопросов, они отказали требованиям союзников в возмещении военных убытков. Наконец, державы настаивали на том, что, как только Балканские страны примут эти условия, военные операции должны прекратиться немедленно.

После того как Адрианополь капитулировал перед болгарами 27 марта 1913 г., София получила большие территориальные приобретения на востоке полуострова и снова заговорила о линии Радосто – Медиа. Однако русские дали понять, как они это делали не раз ранее, что они не позволят болгарам ни при каких обстоятельствах выйти к Мраморному морю. Но Данев, который был в Петербурге в это время, убедил российское правительство согласиться хотя бы на самое последнее болгарское требование, касавшееся западной границы Турции, – признать разграничительную линию Энос – Медиа, которая давала Болгарии возможность получить большую территорию, чем линия, проходившая по рекам Марица и Эргене. Когда Сазонов добился положительного ответа на это требование от других держав, то эта договоренность вместе с другими условиями предварительного мирного договора, о которых говорилось в соответствующих нотах, отправленных правительствам союзных государств 23 марта, была представлена великими державами Порте 30 марта.

Хотя турецкое правительство сразу приняло их предложение, достичь прекращения огня было невозможно. Страны Балканского союза отказывались действовать совместно с Турцией и, более того, не могли дать общий ответ великим державам. В то время как болгары были относительно удовлетворены существующим положением дел, Черногория отказывалась принять мнение Европы в отношении Скутари. Сербия и Греция, в свою очередь, желали знать, каковы будут границы Албании, прежде чем согласиться на мирные переговоры. 29 марта Гешов попытался сформулировать компромиссный ответ, целью которого было успокоить все эти страны; но в итоге только Греция приняла эти объяснения. Сербы и черногорцы требовали теперь капитуляции Скутари и разбросанных по Албании турецких гарнизонов.

Великие державы, возмущенные и уже уставшие от ожидания, выступили 5 апреля с новым коллективным представлением в столицах Балканских стран, требуя немедленного принятия условий предварительного мира. Правительства Балканских стран дали в тот же день ответ, который повторял компромиссное предложение Гешова, сделанное им на предыдущей неделе. Ссылаясь вновь на уже известные возражения, союзники просили, чтобы линия Энос – Медиа рассматривалась только как основа для переговоров, а не как окончательная граница; чтобы Турция передала им острова в Эгейском море. Они просили также, чтобы их проинформировали заранее о предполагаемых границах Албании, которые совпадали бы с их предложениями, а их требования о военных репарациях