Капитан Фантом. Том 1 - Поль Анри Феваль

Численность этих соединений была очень значительной. Каждое из них уже потерпело несколько поражений, но разгромленные армии постоянно восстанавливали и реформировали. В этой войне испанцы показали себя негодными солдатами, но они постепенно учились воевать, и все больше мужчин становилось под ружье.

Курьер закрыл блокнот, в котором делал короткие зашифрованные пометки.

– А теперь я скажу вам, мои храбрые друзья, – произнес он с улыбкой, оглядев по очереди каждого бойца, – что я доволен вами, и вас ждет поощрение.

– Сюрприз! Сюрприз! – загремел радостный хор голосов.

– Что вы скажете, – продолжил курьер, – если сегодня ночью мы устроим набег?

От радости все повскакивали со своих мест.

– Драчка перед сражением! – воскликнул Кутар, потирая свои огромные руки, которые ловко справлялись с любой кухонной работой, но владели саблей гораздо лучше, чем кастрюлями.

– Значит, есть кому надавать тумаков и отправить к праотцам! – добавил Малыш Эсташ, голос которого дрожал от умиления.

– Вы это серьезно, капитан? – спросили два других драгуна. – Говорите же, не томите, а мы наберем в рот воды…

– Все очень серьезно! – заверил капитан. – Вам точно не придется скучать. В двух словах, нам впятером – Лазариля будем держать в резерве – предстоит напасть на отряд шотландских гренадеров численностью четыреста человек… Это бравые ребята, вам это известно… Их надо обратить в бегство да так, чтобы духу от них не осталось в разбитом лагере… Проделать все надо очень быстро, чтобы я до рассвета успел на встречу Черного Комина с сеньором Урбаном Морено.

Драгуны переглянулись.

– Пятеро против четырехсот! – буркнул Сарлюк.

– Это только на первый взгляд кажется сумасбродством, – сказал Малыш Эсташ. – Раз у капитана такая идея, то значит, марш-марш и вперед.

– К тому же, – подмигнув, сказал Кутар, – тут важно правильно взяться за дело… Навалимся дружно, друзья-приятели, и будем действовать, как учили!

– Лазариль! – позвал гонец.

– Здесь я! – отозвался Жибоз, пытаясь подняться на ноги.

Он устроился в своем углу, но не успел как следует отдохнуть, потому что подушкой ему служил бурдюк.

– Иди сюда, – приказал капитан. – Ты станешь нашей пехотой… Господи, да он на ногах не стоит! Что случилось с бедолагой?

Жибоз еще раз попытался встать.

– Налился по самое горлышко! – определил Малыш Эсташ. – Обойдемся без поддержки пехоты.

– Ты вправду так напился, Лазариль? – обеспокоенно спросил капитан.

– У меня для этого было достаточно времени, – ответил карлик, качаясь, как мачта в непогоду. – Я размечтался, что волью в себя из бурдюка столько, сколько влезет.

Говорил он внятно, и глаза его были широко открыты.

– Заберите у него бурдюк! – приказал капитан.

– Хозяин, – почтительным тоном ответствовал Жибоз, – это уже бесполезно. Я работал на совесть и влил в себя ровно столько, сколько в меня влезало. Если я вам нужен, то можете ни о чем не беспокоиться. Голова у меня чиста, как стеклышко, а вот ноги не держат. Но ведь Малыш Эсташ не откажется усадить друга на круп коня, а уж как доедем, так я сделаю все, что вы скажете. Я на все способен. Не могу только пить и ходить.

Капитан нахмурился. Он схватил карлика за грудки и подтащил к очагу. Там он положил руки ему на плечи и внимательно осмотрел, заглянув прямо в глаза.

– Господи, прости, – пробормотал он, весело сверкнув глазами, – сроду не видел подобной карикатуры! Если тебе не удастся рассмешить добропорядочных джентльменов, то, значит, у них и впрямь сильно испортилось настроение. Сиди, где сидишь, развесь свои уши и внимательно слушай. И вы, друзья, послушайте. Не забывайте, что, когда имеешь честь биться в соотношении один к ста, то надо маневрировать в сомкнутом строю!

Драгуны сгрудились вокруг капитана. Надо было видеть, как светились умом и отвагой их лица, пока капитан давал наставления. У горбуна был вполне ясный взгляд, он явно все понимал и при этом оставался совершенно невозмутимым. Когда капитан закончил, драгуны подбросили в воздух свои шапки и загремело дружное ура.

– Что и говорить, шикарная авантюра, – спокойно заметил Жибоз. – Хозяин, я все сделаю в лучшем виде, будете мной довольны.

– Вы все поняли? – спросил сеньор Педро у своих кавалеристов.

– Ждем лишь команды по коням! – воскликнул Малыш Эсташ. – Мы погоним их до самой португальской границы.

Все мгновенно содрали с себя испанские костюмы и устремились к кровати, над которой висела их униформа.

– Мне требуется помощь, – сообщил Жибоз, которого парализовало от ступней до пояса. – Вы только поднесите меня к моей одежонке, а остальное я сделаю сам.

Не прошло и пяти минут, как в свете заходящей луны кавалькада в полной тишине спустилась с холма, на котором белели развалины монастыря Святого Франциска.

Кавалькада состояла из пяти французских драгун. На первом из них были капитанские эполеты, а последний вез на крупе своего коня старую горбатую женщину.

XVII

Пятеро против четырехсот

Расставшись с лордом Эдвардом Уэлсли, лейтенант Эктор де Шабанель направился к навесу, предназначенному для французских военнопленных. Пока он шел, ему постоянно желали доброй ночи милейшие шотландские гренадеры. Со стороны могло показаться, что он здесь не пленник, а гость. К счастью, мы избавлены от необходимости объяснять читателю разницу между шотландской учтивостью и гнусной английской жестокостью.

Англия обладает поразительной способностью собирать под свои пропитанные ненавистью знамена великое множество благородных и отважных людей. За нее сражается Шотландия, и даже Ирландия отдает ей своих лучших сыновей. Остается только молча восхищаться потрясающей ловкостью этого Нового Карфагена!

Однако доброжелательное милосердие, демонстрируемое шотландскими джентльменами, конечно же, не исключало принятия мер предосторожности, которые требуются в условиях военного времени. Гренадеры были великолепными солдатами в полном смысле этого слова, любимцами Веллингтона, цветом британской армии. Они досконально знали все премудрости своей профессии и не позволяли себе ничего такого, что могло бы ухудшить положение поверженных врагов. Но при этом шотландцы самым серьезным образом организовали надежную охрану пленных французов.

Направляясь к месту ночевки, Эктор по достоинству оценил надежность и простоту принятых мер по охране лагеря и военнопленных. Помимо выставленных прапорщиком Фарлейном постов и организованного им патрулирования, были также выставлены посты по периметру лагеря и устроены передовые посты, расставленные в пятистах метрах от палаток. Отдельные часовые охраняли навес снаружи, а внутри пленных контролировали капрал и рядовой.

Надо сказать, что все особенности организации охраны Эктор отметил про себя чисто механически. Он и не думал о том, чтобы совершить побег. Его немногочисленная команда была разоружена, притупить бдительность охраны было нереально, а попытка прорваться силой казалась полным безумием.

К тому же состояние его было близко к унынию, а беседа с молодым человеком, который поначалу раскрыл ему братские объятия, лишь добавила горечи к неприятным ощущениям. Человеку иной раз приходится переживать такие минуты, когда все складывается не так, как надо, и кажется, что даже земля уходит из-под ног.

А