Капитан Фантом. Том 1 - Поль Анри Феваль

а не другой, хотя между тем и другим не было никакой разницы, и чтобы в молитвах произносились такие слова, а не другие. Для них это, видите ли, стало поводом к войне! Не правда ли, жалкий тип? Звали его Манро, лэрд де Комин.

И вот за небольшие деньги ты был признан его старшим сыном. А я потратила двадцать лет на то, чтобы найти тебя. Ты уже успел отрастить бороду, и у тебя подрастала дочь. Я поведала тебе историю твоего рождения. Перед тобой открывался прямой и свободный путь, которым прошли твои предки. Но ты уже успел заразиться рабством. У тебя уже была честь, эта гордыня, порожденная злом. У тебя уже были амбиции, которые ничем не отличаются от детского желания обладать погремушкой. Ты верил в Бога, который не наказывает за преступления. Ты уже был человеком. Ты был потерян для меня, и я покинула тебя.

Прошло еще пятнадцать лет, Фарес, и мы нашли друг друга. В твоей бороде уже было много седых волос. Вокруг твоих глаз появились морщины. Тебя поразило безумие, свойственное твоим соотечественникам: ты обладал ясновидением, и тебе казалось, что ты все видишь лучше других.

Ты принял решение мстить нашим врагам, и это было правильное решение. Ты похитил их дочь и обрек ее на жалкое существование в бандитском гнезде в Арагоне. Это было правильно. Но на этом ты не остановился, потому что создан ты не для мести. Ты создан для жадности, потому что ты человек! Место похищенной дочери в доме врагов заняла твоя дочь. Плоть от твоей плоти, Фарес! По какому праву ее тоже обрекли на страдания?.. Молчи! Я знаю, что ты ответишь… Тебя, видите ли, ограбили, у тебя отняли наследство твоего отца, отняли поместья Кабаниля, которые считаются самыми дорогими в Европе. Ты хотел, чтобы они достались твоей дочери, ведь так?

– Так и есть, – сказал Комин. – Я и сейчас этого хочу.

– И тогда ты пришел ко мне за советом. В тот момент ты был похож на обезумевшее животное. Ты спросил у меня, как тебе выкупить свою душу… Сокровища Кабаниля – вот твоя единственная душа, Фарес… Я составила твой гороскоп. Могла ли я отказать своему сыну в том, в чем не отказываю другим? Тем более, что звезды никогда не лгут.

Звезды ответили на вопрос, который ты к ним обратил, но ответили не на твои слова, а на твои желания. Для них был важен дух, а не буква твоего вопроса. Поэтому они буквально кричали, что ты должен забрать свою душу у того, кому она досталась. Кто в тот момент занимал твое место? Это был Анхель де Кабаниль. Звезды сказали тебе, чтобы ты забрал у Анхеля де Кабаниля его кровь, его жену, его сестер, его золото, то есть все. Ничего другого ты не мог услышать от оракула, потому что оракул знает, в чем состоит истинная страсть вопрошающего. Ответ, который мы получаем с небесного свода, есть лишь эхо нашей страсти. Поэтому я запрещаю тебе говорить, что ты руководствовался моими советами!

– Женщина, – гневно произнес Черный Комин, – если ты меня покинешь, тогда я скоро буду побежден.

Вместо ответа она издала презрительный смешок и взялась за свою железную ложку.

– Это ты все устроила! – продолжал Черный Комин. – Мое безумство заставляло меня действовать вслепую, а ты сорвала с моих глаз повязку. Сколько времени ушло на подготовку к этому убийству, которое с виду и не похоже на убийство? Разве не пришлось мне дюйм за дюймом измерять расстояние, чтобы правильно навести пушку? Разве не пришлось выдумать предлог, чтобы мои канониры зажгли фитиль?.. Для этого потребовались долгие дни и недели. И я приходил к тебе и просил, чтобы ты проявила жалость. Но ты всегда давала один и тот же неумолимый ответ… Еще накануне бракосочетания ты написала на каменном столе свое последнее указание, и через несколько часов я забрал у Анхеля его кровь и его жену!

Анитиох-Амур поднесла ложку к затухающему огню.

– И вот теперь ты молчишь! – воскликнул лэрд де Комин, у которого от негодования дрожали губы. – Я тоже пророк и знаю, что ждет мою дочь. Моей дочери достанется все то, что я приобрел столь дорогой ценой!

– А что ждет тебя, Фарес? – тоном, исполненным глубокого презрения, спросила Высокая Женщина. – Говорят, что ясновидящие могут увидеть свою жизнь и свою смерть. Что видел ты?

– Ничего, – тихо ответил Комин. – Разве ты не знаешь, что фэй видит все вокруг, но не себя?

– Как бы то ни было, – пробормотала Антиох-Амур, – ты исполнил лишь половину предсказания оракула.

– После получения предсказания, я сделал лишь один шаг, закончившийся убийством. Вторая сестра Анхеля, казавшаяся совершенно беззащитной, ускользает от меня, словно ее бережет чья-то волшебная рука. Два раза я был в шаге от достижения своей цели: один раз в мадридском монастыре и второй раз на фелуке Самуэля да Кошта в акватории Балеарских островов… Но ты сама сказала, женщина, что в небе есть звезда, расположенная выше моей звезды!

Он приблизился к ней и тихо спросил:

– Мать, ты готова ответить на один-единственный вопрос?

– Какой?

– Сезар де Шабанель жив или мертв?

Высокая Женщина бросила в огонь охапку сухого хвороста, и костер ярко запылал. В тот же момент из темноты показалось ее строгое лицо, на котором появилось насмешливое выражение.

– Разве не ты переоделся монахом, чтобы участвовать в его казни? – спросила она.

– Так и есть. Я рисковал свободой, но желал обрести покой и все увидеть своими глазами.

– И что ты увидел?

– Я видел, как человека поразили двенадцать пуль, я видел, как перевозили тело в повозке, затем я видел могилу, вырытую на кладбище Кампо-Санто.

– Разве этого недостаточно?

– Нет… Сегодня вечером я услышал угрозы… У человека было совсем другое лицо, но все мое существо кричало: «Это он!» Тебе известно, что могила на мадридском кладбище оказалась пустой?

На лице Антиох-Амур появилась еще более саркастическая улыбка.

– Если это не он, – дрожащим голосом закончил лэрд де Комин, – то значит, легенда не лжет, и я повстречался с призраком.

Высокая Женщина презрительно ответила:

– Человек умирает полностью. У него нет никакой души. А значит, и никаких призраков тоже нет.

– Тогда он жив! – воскликнул Комин. – Тогда отдай мне его сестру и его возлюбленную. Они мои заложницы, и благодаря им я обрету силу в борьбе с ним.

Антиох-Амур медленно поднялась во весь рост. Перед тем, как ответить, она вся внутренне собралась.

– Эти девушки, – произнесла она ледяным тоном, в котором на этот раз не было насмешки, – живут в сердце Менсии де Кабаниль, и в них воплощена моя месть. Закон запрещает отказываться от мести. Для тебя, как и для всех, кто их любил, Жанна де Шабанель