Капитан Фантом. Том 1 - Поль Анри Феваль

Комин уже собрался ее перебить, но она царственным жестом заставила его замолчать.

– То, что я скажу, станет моим последним словом, – продолжила она. – Я не закончила, слушай внимательно и запоминай. Только что ты обвинил меня в том, что я тебя бросила. Я уже давно не являюсь твоей матерью. Я двадцать лет оплакивала тебя. В тот день, когда ты отказался жить среди нас, мои слезы высохли навсегда. Я, не колеблясь, сделаю выбор между тобой и самым жалким из моих соплеменников. Ты человек!.. Говорю тебе, не перебивай меня, мое слово – закон…

В моей груди бьется закаленное сердце дочери фараона, но во мне кое-что еще осталось от прежних чувств. Ты был дитя любви, этого я не забываю. Я не только не бросила тебя. Я сохранила надежду вновь обрести своего сына и дочь моего сына.

Я знаю твою дочь. Она не раз, как это свойственно людям, пыталась заглянуть за спасительную вуаль, скрывающую то, что должно произойти в будущем. Она красивая и смелая. Лицом она пошла в нашу породу. Я видела ее кровь сквозь голубые жилки вен. Я могла бы полюбить ее… Но ты, Фарес, до сих пор не победил своих врагов и не изменил свою участь. Твоя мать была не на твоей стороне, потому что она надеялась, что, потерпев поражение, ты вернешься к ней.

– Я так и догадался! – сквозь сжатые зубы процедил Комин. – Спасибо за откровенность, женщина!

– Молчи! Сегодня я в последний раз дам тебе в руки оружие, которого тебе недостает. Ты получишь щит, который защитит тебя не хуже, чем могут защитить две эти женщины, за которыми ты хочешь спрятать свой страх. Посмотри вокруг себя, Фарес. Разве не видишь ты то, что предвещает скорую смену всего и вся? Разве ты не догадываешься, что скоро наше процветание сменится катастрофой?

Мы, цыгане, самый древний и самый славный народ на земле. Жизнь продолжается миллионы лет. В ней есть периоды, длящиеся по нескольку часов, которые называются день и ночь, есть периоды, которые длятся несколько месяцев и называются лето и зима. А есть и другие периоды, продолжительность которых мы не можем определить нашим ограниченным восприятием. У них нет названия, и они длятся веками.

Все течет, все нескончаемо меняется, подчиняясь вечному движению, имя которому жизнь. Все, что существует, умрет, все, что умерло, вновь родится. Смена сна и бодрствования управляет вселенной и объясняет его законы.

Фарес, приказываю тебе, посмотри вокруг себя! Раскрой пошире глаза! Взгляни на людей, стремящихся раздавить друг друга. Посмотри на нации, которые, как кровожадные звери, нападают друг на друга. Разве не слышишь ты стон агонизирующей Европы? Мы пришли из Африки, Фарес, а вышли из Азии. Мы, словно зрители, ждем, когда прекратятся эти конвульсии, и тогда мы завладеем всем… Возвращайся к нам, и ты станешь нашим королем, сыном королевы и отцом будущей королевы!

Слова Высокой Женщины звучали странно, но по-настоящему величественно.

– Теперь я могу ответить? – спросил Черный Комин, сдерживаясь из последних сил.

– Тебе бы следовало сначала поразмыслить, – заметила Антиох-Амур.

– Я уже обо всем подумал. Ты закончила свою речь? Я могу ответить?

– Говори, мне больше нечего тебе сказать.

– Ну что ж! – с грубым вызовом воскликнул лэрд де Комин. – Вот мой ответ. Я предпочту, чтобы моя дочь скорее стала полковой девкой, чем королевой твоих канатных плясунов и кокоток. А лично я скорее предпочту чистить униформу своего последнего гренадера, чем командовать твоими оборванными мошенниками! Как у тебя язык поворачивается, женщина, предлагать подполковнику английской армии водрузить на голову твою смехотворную корону и взять в руку твой картонный жезл!

Антиох-Амур повернула голову и взглядом указала на белый крест, прислоненный к соседней колонне, который служил символом ее власти.

– Стоит мне ударить им по земле, – спокойно и высокомерно произнесла она, – как от тебя мокрого места не останется.

Черный Комин пожал плечами.

– Твой приемный отец, – продолжала Антиох, – чье имя ты носишь, был другом короля таких же нищих, как мы. Я слышала, что последний отпрыск этого короля умер монахом. Где теперь короли Франции, короли Неаполя и все прочие короли? Где король страны, в которой мы находимся? Слепец! Ты смеешь смеяться над моим жезлом, который поныне цел и невредим в то время как жезлы призраков обратились в пыль. Моя рука открыла тебе дверь, а ты закрыл ее ударом ноги. Теперь твоя судьба в твоих руках!

Она резким движением сбросила в вазу свинец и подозвала Андази. Комин с жадным беспокойством следил за каждым ее движением. Она долго смотрела в воду. После того как молодой человек погасил факел и удалился, она сказала:

– Фарес, без меня ты никогда не доберешься до сокровищ. Я вижу сокровища так же ясно, как вижу тебя. Они находятся под охраной статуи. Если ты присоединишься к нам, тогда я открою для тебя дверь, в которой нет замка, расколдую железного человека, и ты будешь купаться в золоте!

Черный Комин презрительно улыбнулся.

– Фарес, – произнесла Антиох-Амур, – обе женщины, за которыми ты намерен укрыться, погибнут от твоей руки.

Черный Комин вздрогнул, но не стал отвечать.

Но он содрогнулся всем телом, когда Антиох-Амур взглянула на висевшую над ее головой мертвую птицу и неожиданно сказала:

– Фарес, человек, с которым ты должен здесь встретиться, уже в пути.

Взгляд лэрда теперь выражал ужас и восхищение. Так было всегда, когда Высокая Женщина предъявляла неопровержимые доказательства своего могущества.

– Ты хорошо знаешь этого человека? – спросила она.

– Он всем известен, – ответил Комин.

– Кто он?

– А разве ты не видишь?

– Нет, я не могу его разглядеть… Такие звезды редко встречаются на небе. Они либо слишком малы, либо расположены слишком высоко.

– Он жалкий тип. Он такой же король, как ты королева, – ответил Комин, пытаясь за откровенной грубостью скрыть свое замешательство. – У таких людей вообще может не быть звезд.

– Как его зовут?

– Урбан Морено.

– Вот как!.. – задумчиво произнесла Антиох-Амур.

Помолчав, она заметила:

– Он быстро приближается.

Лэрд взглянул на часы и сказал:

– Потому что он опаздывает.

– Как прекрасна его лошадь, – отметила Высокая Женщина.

– Он считается самым умелым наездником во всей Испании.

– А зачем, Фарес, тебе понадобился этот Урбан Морено?

– Самуэль да Кошта предал меня.

– Так и должно было случиться, – пробормотала Антиох. – Он тянет руки к твоей дочери и настойчиво ищет сокровища. Хоть ты и презираешь мои советы, но на этот раз послушай меня: если считаешь себя вправе мстить, тогда сам разделайся с Самуэлем да Кошта, но не проси помощи у человека, который направляется сюда.

– Я не могу разделаться с Самуэлем, – с нескрываемым отвращением произнес Комин.

– Неужели ты утратил даже обычную отвагу твоих горцев? – спросила Антиох.

– Он раскрыл мои тайны и принял против меня надлежащие меры.

– Наши братья без всяких последствий употребляют то, что составляет главную радость для людей, –