Капитан Фантом. Том 1 - Поль Анри Феваль

стал подъезжать к зарослям, раскинувшимся у главного входа в убежище драгун, а вместо этого поскакал в объезд и спешился у бывших бань, служивших конюшней. Здесь он привязал свою лошадь и прошел через конюшню, соединенную проходом с жилым помещением наших бравых драгун. Через пару минут он оказался в сводчатом подземелье, где еще чувствовался аромат образцового рагу, приготовленного Жаном Кутаром.

В очаге уже догорал огонь. Последние языки пламени освещали лежавшие вперемешку тела. О том, что тела не принадлежали покойникам, свидетельствовал дружный ужасающий храп. Огонь выхватывал из тьмы то одну голову, то другую, и большинство из этих голов были хорошо нам знакомы.

Здесь, тесно прижавшись друг к другу, лежали завернутые в пледы солдат Макферсон и капрал Грант. Неподалеку от них мирно дремали извечные соперники в славе и любви: парижанин Новый Мост и Тулузец. Пламя высветило энергичное лицо сержанта Морена, подложившего под голову камень, вместо подушки, и лежавшего у него в ногах Никчемного, которому, скорее всего, снилось, что его наконец произвели в капралы. Сразу за ним лежал Милый Августин, у которого во сне выражение лица казалось одновременно лукавым и наивным.

На походной кровати разместились три мужские фигуры. Читатель уже догадался, что это были Малыш Эсташ, Сарлюк и Лафлер. Все трое спали, не снимая драгунской униформы. В отличие от них стоявший на посту Жан Кутар был одет в испанские лохмотья, которые в обычное время служили ему домашней одеждой.

Именно с ним собирался встретиться Урбан Морено. О его появлении в подземном коридоре драгуна известил особый протяжный свист. Судя по тому, с какой скоростью Жан Кутар бросился навстречу Палачу, он давно свыкся с манерами этого сеньора. Их встреча ознаменовалась короткой беседой, при этом бандит говорил коротко и властно, а драгун демонстрировал полную готовность к подчинению.

По окончании беседы Палач отправился восвояси, а Жан Кутар разбудил Малыша Эсташа, которые заступил вместо него на пост. После этого Жан Кутар, не сменив костюма, отправился в конюшню и запряг своего коня. Несколько минут спустя он, словно вихрь, мчался в сторону Эстремадуры.

Урбан Морено также мчался галопом по той самой дороге, которую он не так давно покинул. Он не погонял свою лошадь, но мчался на удивление быстро. Это гордое стремительное животное, казавшееся в ночи абсолютно черным, скакало так же легко, как олень. Лошадь буквально стелилась над землей, бесшумно касаясь ее своими копытами.

Тем временем вставало солнце, и его свет все больше менял облик окружающего пейзажа. Когда Урбан Морено добрался до подножия горы, лошадь уже не казалась черной, как ночь.

В утреннем свете ее силуэт стал более грациозным и совершенным, а круп оказался темно рыжим с оттенком бронзы, характерным для окраса алазанской породы.

В тот самый момент, когда окружающие предметы уже приобрели свои истинные форму и цвет, по хорошо знакомой нам тропе, проходившей под укреплениями замка Кабаниль, шли два путника, которых издали можно было принять за мужчину и маленькую девочку. В отличие от мчавшегося стрелой Палача, эти двое шли очень медленно, потому что девочка так сильно устала, что едва передвигала ноги.

Но стоило подойти к ним ближе, как тут же выяснилось бы, что существо, казавшееся девочкой, было вовсе не девочкой, а старой горбатой женщиной, которая шла, прихрамывая, и громко проклинала каждый лежавший на дороге камень. Ее спутником был совсем молодой человек, красивый кавалер, носивший униформу французских пехотинцев.

– Знала бы я, что так обернется дело, – стенала горбунья, – ни за что не отпустила бы того здоровенного балбеса, на котором разъезжала этой ночью. А еще я вовремя бы остановилась, когда припала к тому бурдюку с вином… Лейтенант, я ни за что не дойду, если вы не дадите мне руку.

Эктор де Шабанель с готовностью выполнил это требование, после чего довольная горбунья воскликнула:

– Пресвятая Дева! Могу поспорить, что любая прекрасная дама из числа придворных короля Жозефа мечтала бы оказаться на моем месте!

– Далеко ли еще назначенное место встречи? – спросил Эктор. – Уже рассвело, и я боюсь опоздать.

– Еще несколько сотен шагов, господин лейтенант. Будь мои ноги в порядке, мы бы уже полчаса, как были бы на месте.

Они двинулись дальше, и Эктору пришлось буквально тащить на себе стенающую горбунью. Из-за поворота появились зубцы башни Фердинанда Католического, которая полностью загородила небо.

– Это и есть замок Кабаниль? – спросил офицер.

– Слава Богу, да, господин лейтенант… Жаль, что вы мне ночью не сказали, куда надо идти. Мы бы уже давно были на месте… Перед нами южные укрепления и большая скала. Я сделала свое дело.

Она отпустила руку лейтенанта, и тот ускорил шаг.

Эктор на ходу с жадным любопытством рассматривал величественную громаду башни Фердинанда Католического, пытаясь обнаружить огонек в одном из высоких узких окон, за которыми в это время все, разумеется, спали. В тусклом предрассветном свете все окна казались черными.

Как только они обогнули бастион и оказались в темном углу, образованном стенами замка и скальной породы, у Эктора бешено забилось сердце. После услышанного им рассказа гонца не узнать это место было просто невозможно.

Именно здесь, у подножия южной оконечности замка Кабаниль, ему была назначена встреча, но по странному совпадению здесь же разыгралась страшная ночная драма, по ходу которой его брат Сезар пролил свою кровь, а его кузина Бланш, скорее всего, погибла. Он сразу узнал этот тупик, где дорога упиралась в сомкнувшуюся со скалой стену замка.

Эктор поднял взгляд и на выбор определил тот самый зубец на стене, с которого свесилась шелковая лестница. Нежная девушка сбросила ее дрожащей рукой, сделав роковой шаг навстречу своей гибели.

Эктор отвел взгляд и обнаружил черную дыру – то самое убежище, в котором Сезар ждал свою возлюбленную и получил удар кинжалом.

Он решительно направился к убежищу и громко произнес:

– Это здесь! Это произошло здесь!

Обращался он вовсе не к себе, а к горбатой старухе, потому что в минуты наивысшего накала чувств человек всегда стремится поделиться с кем-нибудь своими мыслями. Но старуха, которая всю дорогу болтала без остановки, ничего ему не ответила. Эктор обернулся, чтобы окликнуть ее, и не обнаружил горбунью ни в тупике, ни на дороге. Он был один.

Молодой человек оперся о скалу, невольно выбрав то самое место справа от убежища, где стоял, опершись о скалу, его брат. В ту роковую ночь кровь Сезара оросила песок, который был у него под ногами. Однако умер Сезар не здесь. Избежав смерти в этой западне, он через несколько недель погиб от французских пуль неподалеку от королевского дворца в Мадриде.

Странные чувства овладели Эктором. Он находился рядом с замком, в котором скрывалась та, которую он любил больше жизни, но в эти