Сила блуждающего нерва. Как использовать поливагальную теорию в борьбе со стрессом, тревогой и неуверенностью в себе - Людовик Леру

который не слушает собеседника, может испытывать чувство вины. Он ощущает дискомфорт, связанный с тем, что навязывает другому ощущение небезопасности. Это вновь нейроцепция сообщает ему о том, что переживает его собеседник.

Таким образом, роль корегуляции вновь обретает значение. Человек, рассказывающий историю, передает состояние тревоги, которая, в свою очередь, неосознанно передается и вам. Так как источник этого чувства – поведение, данное лицо начинает ощущать ответственность за ситуацию, что порождает чувство дискомфорта.

Это физиологический механизм эмпатии, который важно осознать. И я предложу вам на последующих страницах научиться его регулировать, чтобы не ощущать себя ответственным за чувства других людей, особенно когда это вас не касается!

Четвертый опыт нейроцепции: прикосновение

Прикосновение способно мгновенно активировать вашу нейроцепцию. Существует прикосновение, вызывающее чувство безопасности, и прикосновение, порождающее чувство небезопасности, и это индивидуально для каждого.

Как мы уже упоминали, одни люди более тактильны, другие же нуждаются в большем количестве времени, чтобы почувствовать достаточную безопасность для раскрытия.

Представьте себе застенчивого и замкнутого человека на занятиях для остеопатов, привыкших к контакту с людьми. Стеснение, дискомфорт, стресс… Так вы поймете, что я испытывал во время обучения поливагальной теории.

Наш предыдущий опыт также оказывает значительное влияние на восприятие информации, которую мы получаем через прикосновение. Место прикосновения, давление, а также внутреннее состояние человека, прикасающегося к нам, будут определяющими для того, ощущаем ли мы безопасность или нет.

Некоторые области тела универсальны для активации нейроцепции, например, запястья и лодыжки, так как они участвуют в реакции на побег или борьбу. Следовательно, если кто-то берет ваши запястья или лодыжки, вы, вероятно, почувствуете напряжение в теле, что может вызвать у вас дискомфорт.

Чувствительные зоны, такие как лицо, горло, области жизненно важных и репродуктивных органов, также могут активировать ощущение небезопасности. Кроме того, в зависимости от вашего жизненного опыта могут существовать и более чувствительные зоны, связанные с травмами, ограничениями, уязвимостью…

Призываю вас относиться к прикосновению серьезно, и, если ваша профессия требует тактильного контакта с клиентами или пациентами, всегда запрашивайте согласие на прикосновение, ведь вы никогда не знаете историю, скрывающуюся за этой зоной тела.

Когда мы осознаем свою нейроцепцию и то, что происходит внутри нас, нам становится намного проще выйти за пределы ментальных конструкций и тех историй, которые мы рассказываем себе. Мы можем вернуться к основам своих мыслей и эмоций, наблюдая за ощущениями. Это позволит нам перейти ко второму столпу теории поливагуса – осознанию наших нервных состояний благодаря иерархии.

Важно помнить

• Наша нейроцепция – это система наблюдения, наш радар, позволяющий понять, находимся ли мы в безопасности или небезопасности.

• Мы можем развивать ее, осознанно ощущая свои повседневные ощущения.

• Нейроцепция позволяет осознать причины наших эмоций и мыслей.

4. Иерархия: ваши состояния выживания

В своих исследованиях доктор Стивен Порджес обнаружил биологический порядок реакции на опасность. Если нейроцепция указывает на небезопасность, мы будем реагировать в определенном порядке, который называется иерархией и изображается как лестница. Мы будем перемещаться по ней в зависимости от восприятия опасности: мы находимся на самом верху, когда чувствуем безопасность, и в самом низу, если сталкиваемся с серьезной опасностью.

Теория привязанности

«Видимый» и «слышимый» – вот два слова, которые будут иметь огромное значение на протяжении всей нашей жизни, так как они определяют, можем ли мы чувствовать себя в безопасности.

Джон Боулби, британский психоаналитик, в 1940-х годах изучал развитие детей в зависимости от их окружения и выделил четыре типа привязанности. Наш ранний жизненный опыт оказывает значительное влияние на формирование наших моделей поведения во взрослом возрасте.

С самого рождения мы вынуждены бороться за выживание, так как больше не находимся в тепле материнского лона. Мы переживаем первую сильную разлуку, которая с первых минут жизни сталкивает нас с чувством небезопасности. Наше первое страдание в этом новом мире инициирует поиск безопасности. Окружение, в котором мы находимся, впоследствии формирует наше восприятие, определяя, что опасно, а что нет.

Безопасная привязанность

Если мы растем в организованной и безопасной среде, мы учимся создавать связи с другими и с окружающей средой. Мы будем легче идти на контакт, так как поиск поддержки и установление связей были активированы у нас с ранних лет жизни.

Эти ощущения приходят к нам здесь и сейчас, когда мы очень быстро ощущаем себя «видимыми» и «слышимыми». Такие понятия станут основой для нашего дальнейшего ощущения безопасности, доверия, осознания своей значимости и «видимости» в глазах других.

Позже ребенку будет необходимо ощущать себя увиденным и услышанным в своем жизненном опыте, чтобы развивать способность к взаимодействию с окружающими, просить о помощи, доверять, делиться сокровенным.

Амбивалентная привязанность

Мы живем в мире полярностей, где негативное легко может заменить позитивное. В таком типе привязанности ребенок с ранних лет осознает, что он может быть одновременно и хорошим, и провинившимся из-за какого-то поступка спустя всего несколько часов.

Ребенок испытывает трудности с тем, чтобы найти свое место в этой амбивалентности, и потому становится зависимым от мнения окружающих: «Я хороший или плохой?» В итоге он усваивает, что именно другой решает это за него. Чтобы обрести устойчивость в этой двусмысленности, он может начать склоняться в одну сторону или другую, стремясь к безопасности. В таком случае он, вероятно, будет активировать симпатическую нервную систему, реагируя агрессивно для защиты или стремясь угодить другим, чтобы показаться «хорошим», избегая при этом образа «плохого».

Избегающая привязанность

Ребенок, лишенный близких контактов, может развить избегающую привязанность. Он научится справляться сам, не полагаясь на других, и будет испытывать трудности в доверии окружающим. Такой ребенок часто застенчив, замкнут, так как не обучен формировать связь с другими людьми. Ему будет сложно искать поддержку, начинать разговоры и контактировать с окружающими.

Он может развить доминирующую дорсальную вагальную реакцию, что приводит к недоверию к другим и склонности выполнять задачи в одиночестве. Это не значит, что он будет полностью одинок, но он, вероятно, предпочтет уединение и независимость, будет стремиться решать задачи самостоятельно.

Дезорганизованная привязанность

Этот тип привязанности сочетает амбивалентность и избегание, что может дезориентировать ребенка, так как он теряет опору в отношениях с другими. «Что это значит, когда со мной играют, а затем все внезапно прекращается без видимых причин?» В такой ситуации он может развить состояние тревожности, не зная, чего ожидать, не имея рядом взрослого, который мог бы вернуть его в предсказуемую среду.

Ребенок будет балансировать между активацией симпатической системы и изоляцией через дорсальный вагус, испытывая