Разрушая заклятие. Религия как естественное явление. - Дэниел Клемент Деннетт

Насколько нам известно,3 разочарование в Санта-Клаусе не приносит вреда. Более того, вполне вероятно (хотя, насколько мне известно, этот вопрос еще не исследовался), что непреходящая притягательность мифа о Санта-Клаусе отчасти объясняется тем, что взрослые, которые больше не могут напрямую испытывать невинную радость от ожидания Санты, довольствуются отраженным восторгом от радости своих детей. Люди действительно тратят массу усилий и средств, чтобы поддерживать мифологию Санта-Клауса. Почему? Пытаются ли они вернуть утраченную детскую невинность? Движет ли ими в большей степени собственное удовольствие, нежели щедрость? Или же удовольствие от участия в заговоре с молчаливого одобрения общества (не омраченное чувством вины, которое сопутствует, например, заговорам, связанным с супружеской изменой, растратой или уклонением от уплаты налогов) само по себе с лихвой окупает эти немалые расходы? Подобный дерзкий образ мыслей займет важное место в последующих главах, когда мы обратимся к более тревожным вопросам о том, почему религия столь популярна. Это вовсе не риторические вопросы. На них можно ответить, если мы попытаемся.

Я понимаю, что многие читатели отнесутся с глубоким недоверием к выбранному мною здесь курсу. Они увидят во мне всего лишь очередного либерального профессора, пытающегося мягко лишить их некоторых убеждений, и они абсолютно правы — именно им я и являюсь, и именно это я и пытаюсь сделать. Зачем же им тогда вообще обращать на меня внимание? Они потрясены моральным упадком, который видят повсюду, и искренне убеждены, что защита их религии от любых исследований и критики — лучший способ переломить ситуацию. Я всем сердцем согласен с ними в том, что моральный кризис действительно существует и что нет ничего важнее совместной работы по поиску путей выхода из наших нынешних дилемм, но мне кажется, что я знаю путь получше. «Докажи», — скажут они. «Позвольте мне попытаться», — отвечу я. Именно об этом и написана книга, и я прошу их попробовать прочесть ее непредвзято.

Глава 2 Религия не является запретной зоной для науки, вопреки пропаганде обратного из самых разных источников. Более того, научные исследования необходимы, чтобы служить основой для наших самых судьбоносных политических решений. Это сопряжено с риском и даже болью, но было бы безответственно использовать это как оправдание для невежества.

Глава 3 Если мы хотим понять, почему мы ценим то, что любим, нам необходимо погрузиться в эволюционную историю нашей планеты, выявляя те силы и ограничения, которые породили великолепное многообразие вещей, которыми мы дорожим. Религия не является исключением в этом анализе, и мы можем наметить целый ряд многообещающих направлений для дальнейших исследований, попутно приходя к пониманию того, как обрести такой взгляд на наши собственные изыскания, который смогут разделить все, независимо от их вероисповедания.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. Почему происходит хорошее.

1 Пробуждая лучшее

Религиозная аллегория стала частью ткани реальности. И жизнь в этой реальности помогает миллионам людей справляться с трудностями и становиться лучше.

— Лэнгдон, герой романа «Код да Винчи», Дэна Брауна

Когда я начинал работать над этой книгой, я побеседовал со множеством людей, чтобы попытаться прочувствовать те разнообразные роли, которые религия играет в их жизни. Это не был научный сбор данных (хотя этим я тоже занимался), а скорее попытка отложить в сторону теории и эксперименты, обратиться напрямую к реальным людям и позволить им рассказать своими словами, почему религия так важна для них. Это были строго конфиденциальные беседы, почти все с глазу на глаз,1 и, хотя я проявлял настойчивое любопытство, я не оспаривал слова моих собеседников и не спорил с ними. Эти встречи часто были, мягко говоря, волнующими, и я узнал очень много нового. Некоторые люди пережили невзгоды, которые мне самому трудно было бы пережить, а некоторые нашли в своей религии силы принять решения, которые были поистине героическими, и твердо им следовать. Менее драматичными, но в ретроспективе еще более впечатляющими были люди со скромными талантами и достижениями, которые в силу тех или иных причин оказывались просто гораздо лучшими людьми, чем можно было от них ожидать; дело было не просто в том, что их жизнь имела для них смысл — хотя это, безусловно, было так, — а в том, что они действительно делали мир лучше своими усилиями, вдохновленные убеждением, что их жизнь принадлежит не им полностью, чтобы распоряжаться ею по своему усмотрению.

Религия, безусловно, способна пробуждать в человеке лучшее, но она не является единственным феноменом с таким свойством. Рождение ребенка часто оказывает удивительно благотворное, заставляющее повзрослеть влияние на человека. Военное время, как известно, дает людям множество поводов превзойти самих себя, равно как и природные катастрофы вроде наводнений и ураганов. Но для повседневной, пожизненной закалки духа нет, пожалуй, ничего более эффективного, чем религия: она делает сильных и талантливых людей более смиренными и терпеливыми, заставляет обычных людей подниматься над самими собой, оказывает надежную поддержку многим из тех, кто отчаянно нуждается в помощи, чтобы держаться подальше от алкоголя, наркотиков или преступности. Люди, которые в противном случае были бы эгоцентричными, поверхностными, грубыми или попросту пасующими перед трудностями, часто облагораживаются своей религией, обретая такой взгляд на жизнь, который помогает им принимать трудные решения, принятием которых каждый из нас гордился бы.

Разумеется, на основе столь ограниченного и неформального опроса невозможно вынести окончательное, всеобъемлющее ценностное суждение. Религия приносит все это благо и даже больше, без сомнения, но что-то другое, созданное нами, могло бы справляться с этим так же хорошо или даже лучше. В конце концов, существует множество мудрых, социально активных, обладающих твердыми моральными принципами атеистов и агностиков. Возможно, опрос показал бы, что атеисты и агностики как группа более законопослушны, более чутки к нуждам других или более этичны, нежели религиозные люди. Во всяком случае, до сих пор не было проведено ни одного надежного исследования, которое доказывало бы обратное. Может оказаться, что лучшее, что можно сказать о религии, — это то, что она помогает некоторым людям достичь того уровня гражданской ответственности и морали, который обычно присущ Брайтам. Если это предположение кажется вам оскорбительным, вам нужно скорректировать свой угол зрения.

В числе вопросов, которые нам необходимо рассмотреть объективно, — вопросы о том, является ли ислам более или менее эффективным, чем христианство, в удержании людей от наркотиков и алкоголя (и не превышают ли побочные эффекты в обоих случаях приносимую пользу), является ли сексуальное насилие более или менее серьезной