Разрушая заклятие. Религия как естественное явление. - Дэниел Клемент Деннетт

проблемой среди сикхов, чем среди мормонов, и так далее. Вы не имеете права рекламировать все то благо, которое приносит ваша религия, не вычтя сначала скрупулезно весь причиняемый ею вред и не задумавшись серьезно над вопросом о том, не справляется ли с этим лучше какая-то другая религия или отсутствие религии вообще. Вторая мировая война, безусловно, пробудила лучшее во многих людях, и те, кто пережил ее, часто говорят, что это было самое важное событие в их жизни, без которого она не имела бы смысла, но из этого отнюдь не следует, что мы должны стремиться развязать еще одну мировую войну. Цена, которую приходится платить за любое утверждение о достоинствах вашей или любой другой религии, — это готовность подвергнуть его прямой и честной проверке. Моя цель здесь, в самом начале, состоит лишь в том, чтобы признать: мы уже достаточно знаем о религии, чтобы понимать, что, какими бы ужасными ни были ее негативные последствия — нетерпимость, убийственный фанатизм, угнетение, жестокость и насаждаемое невежество, если называть лишь очевидное, — у людей, считающих религию самым важным в жизни, есть много веских причин думать именно так.

2 cui bono? (кому выгодно?)

Благословен Господь, Который ежедневно осыпает нас благодеяниями, Бог спасения нашего. Села. — Псалом 68:19

Чем больше мы узнаем о деталях природных процессов, тем очевиднее становится, что эти процессы сами по себе созидательны. Ничто не превосходит Природу так, как сама Природа. — Лойал Рю

Хорошее не происходит просто случайно. Бывают «счастливые случайности», но сохранение хорошего — это не просто везение. Конечно, это может быть Провидением. Возможно, Бог заботится о том, чтобы хорошее случалось и сохранялось там, где в противном случае — без Божьего вмешательства — этого бы не произошло. Но любое подобное объяснение должно будет подождать своей очереди — по той же причине, по которой исследователи рака отказываются рассматривать неожиданные ремиссии просто как «чудеса», не требующие дальнейшего изучения. Какая естественная, не связанная с чудесами совокупность процессов могла бы породить и поддерживать это столь высоко ценимое явление? Единственный способ всерьез отнестись к гипотезе чудес — это исключить не связанные с чудесами альтернативы.

Скупость Природы можно заметить повсюду, если знать, на что обращать внимание. Например, койоты становятся отрадным пополнением дикой природы Новой Англии, жутковато воя по зимним ночам, но эти красивые, хитрые хищники остерегаются людей и редко показываются на глаза. Как отличить их следы на снегу от следов их сородичей — домашних собак? Даже вблизи бывает трудно отличить отпечаток лапы койота от отпечатка лапы собаки сходного размера — когти собаки обычно длиннее, поскольку она мало копает, — но даже издалека след койота можно легко отличить от собачьего: отпечатки койота ложатся поразительно прямой цепочкой, в одну линию, при этом задние лапы попадают почти след в след за передними, тогда как след собаки обычно представляет собой хаотичную путаницу, поскольку собака жизнерадостно носится туда-сюда, потакая любому любопытному капризу (David Brown, 2004). Собака сыта и знает, что получит свой ужин в любом случае, тогда как бюджет койота крайне ограничен, и ему необходимо беречь каждую калорию ради насущной задачи — самосохранения. Его способы передвижения были безжалостно оптимизированы ради эффективности. Но как в таком случае объяснить характерный вой стаи? Какую пользу извлекает койот из этой явной траты энергии? Скрытным такое поведение точно не назовешь. Разве оно не распугивает их собственный потенциальный «ужин» и не привлекает к ним внимание их собственных хищников? Подобные издержки, казалось бы, не так-то просто восполнить. Это хорошие вопросы. Биологи работают над ними, и хотя у них пока нет окончательных ответов, они, безусловно, правы, что ищут их.2 Любой подобный пример столь явных трат требует объяснения.

Посмотрите, к примеру, на колоссальные затраты человеческих усилий, которые во всем мире посвящены сахару: это не только выращивание и сбор сахарного тростника и сахарной свеклы, рафинирование и транспортировка базового продукта, но и гораздо более масштабный сопутствующий мир производства конфет, издания кулинарных книг с рецептами десертов, рекламы прохладительных напитков и шоколада, коммерциализации Хэллоуина, а также уравновешивающие элементы этой системы: клиники по лечению ожирения, финансируемые государством исследования эпидемии раннего диабета, стоматологи и добавление фтора в зубную пасту и питьевую воду. Ежегодно в мире производится и потребляется более ста миллионов метрических тонн сахара. Чтобы объяснить тысячи особенностей этой огромной системы, которая обеспечивает делом всей жизни миллионы людей и прослеживается на всех уровнях общества, нам требуется множество самых разных научных и исторических исследований, из которых лишь малая часть является биологическими. Нам необходимо изучать химию сахара, физику кристаллизации и карамелизации, физиологию человека и историю сельского хозяйства, а также историю инженерии, промышленного производства, транспорта, банковского дела, геополитики, рекламы и многого другого.

Ни одна из этих связанных с сахаром трат времени и энергии не существовала бы, если бы не сделка, заключенная около пятидесяти миллионов лет назад между растениями, вслепую «ищущими» способ распространить свои опыленные семена, и животными, схожим образом ищущими эффективные источники энергии для обеспечения собственных репродуктивных планов. Существуют и другие способы распространения семян — например, переносимые ветром планеры и «вертушки», и каждый метод сопряжен со своими затратами и выгодами. Тяжелые, мясистые, полные сахара плоды представляют собой стратегию с высокими затратами, но она может принести колоссальную выгоду: животное не просто уносит семя, но и оставляет его на подходящем участке земли бережно упакованным в щедрую порцию удобрения. Эта стратегия почти никогда не срабатывает — даже один раз из тысячи попыток, — но ей достаточно сработать всего раз или два за всю жизнь растения, чтобы оно возобновило себя на планете и продолжило свой род. Это хороший пример скупости Матушки-Природы при подведении итогового баланса в сочетании с абсурдной расточительностью в средствах достижения цели. Ни один сперматозоид из миллиарда не выполняет свою жизненную миссию — слава богу, — но каждый спроектирован и оснащен так, словно от его успеха зависит абсолютно всё. (Сперматозоиды подобны электронному спаму: они настолько дешевы в производстве и доставке, что ничтожно малого процента успешных попаданий достаточно, чтобы оправдать весь проект.)

Коэволюция закрепила эту сделку между растением и животным, оттачивая способность наших предков распознавать сахар по его «сладости». То есть эволюция снабдила животных особыми молекулами-рецепторами, которые реагируют на концентрацию высокоэнергетических сахаров во всем, что они пробуют на вкус, и, грубо говоря, жестко подключила эти молекулы-рецепторы к механизму поиска. Обычно люди говорят, что нам нравится то или иное, потому что оно сладкое, но на самом