Эмоциональная регуляция. Научные методы повышения устойчивости - Итан Кросс

карьере, в жизни в целом. Будучи хирургом и любознательным вечным студентом, он также думал: «Разве не должна смертельная болезнь стать идеальным даром молодому человеку, который хотел понять, что такое смерть?» Книга не дает картины линейного или разумно урегулированного эмоционального процесса. В ней есть переключение назад и вперед во времени, а Пол размышляет в ней о себе с позиции стороннего наблюдателя, придерживаясь отстраненной точки зрения на себя и свои проблемы (обратите внимание, как он, не употребляя местоимение первого лица, называет себя «молодой человек»). Это словно песня, в которой звучат и мажорные, и минорные ноты, пока не кончится партитура.

Не буду делать вид, что сталкивался со смертельным диагнозом. Но я переживал потери и понимаю, что в жизни есть вещи, потрясающие нас до глубины души. Таким образом, эмоциональное переключение становится неотъемлемой частью долгого плана жизни, в основе своей наполненной смыслом, даже если тот постигается через тяжелые переживания. Стратегии переключения ракурса способны оказывать кумулятивный эффект. Вроде бы незначительные микроизменения могут накапливаться, складываясь в дни, недели и годы, когда мы демонстрируем большую гибкость в плане эмоционального состояния, испытываем меньше стресса, меньше зацикленности, больше радости. И когда дело доходит до серьезных испытаний — тяжелых утрат и травм, неизбежных составляющих человеческой жизни, которые просто не выключаются в любой произвольный момент, — инструменты типа смены ракурса становятся чем-то вроде спасательной шлюпки. В ней мы можем передохнуть и восстановить силы, прежде чем вернуться к решению проблем.

В жизни бывают потери, которые меняют нас навсегда. Смена фильтра не означает, что мы отрицаем боль. Она означает, что мы осмысливаем боль как часть долгой истории жизни и обладаем агентностью, или свободой действий, относительно того, как эта история развивается. Психиатр Виктор Франкл[163], переживший холокост, написал о своем опыте переосмысления самых тяжелых испытаний, какие только может вынести человек, — тех физических и эмоциональных мучений, которым его подвергали во время Второй мировой войны. Широко известны его слова: «У человека можно отнять все, кроме одного: последней свободы человека — выбирать собственное отношение к любым обстоятельствам, выбирать собственный путь».

До этого момента мы рассматривали инструменты эмоциональной регуляции, которые находятся внутри нас: укрощение первоначальной силы ощущений, гибкость внимания и изменение ракурса восприятия. Они доступны нам здесь и сейчас, где бы мы ни были, как бы себя ни чувствовали. Они у нас с собой всегда, куда бы мы ни пошли, и всегда в нашем распоряжении, когда мы в них нуждаемся. В этом их прелесть.

Но человек не замкнутая система. Мы живем в большом мире. Мы впитываем то, что в нем происходит, анализируем полученную информацию и испытываем его влияние. Окружающие нас пространства, люди и многообразие культур — все это отражается на интенсивности и продолжительности нашей эмоциональной жизни и на нашей способности к эмоциональному резонансу. Они и сами по себе эмоциональные переключатели, но, кроме того, обладают сверхспособностями: они активируют наши внутренние эмоциональные переключатели. Эти факторы можно было бы просто исключить, потому что они большей частью неподвластны нашему контролю. Ничего не поделать с тем, что мы живем в маленькой квартире-студии, или что кто-то срывает на нас зло, или что на рабочем месте токсичная атмосфера, так ведь? И да, и нет.

Во внешней среде есть инструменты, такие же доступные, как и те, что находятся внутри нас. Мы можем использовать их в моменты, когда по какой-то причине наши внутренние эмоциональные переключатели не работают так, как нам бы хотелось. Чтобы понять механизм их действия, давайте посмотрим, почему один из ведущих мировых экспертов по счастью не могла вытащить себя из сильнейшей депрессии.

Часть 3. Переключение с внешнего мира на внутренний

Глава 6. Что скрывается на самом видном месте: изменение пространства

Осенью 2019 года Лори Сантос[164] была так занята на работе, что ей пришлось отказать Папе римскому.

Во всяком случае такое чувство испытывала она, прилежная католичка, приученная угождать людям. Ей предложили выступить на престижном мероприятии в Ватикане, но она не могла найти для него места в своем календаре, который превратился в «Тетрис» повышенной сложности. В последний год она делала именно то, от чего предостерегала своих студентов в Йеле: брала на себя слишком много. У нее были на то веские причины. Ее профессиональная деятельность достигла пика успеха и доставляла ей удовольствие, что бывает крайне редко. Проблема заключалась в том, что она не могла придумать, как выбраться из этой напряженной гонки[165]. Да и хотелось ли ей того?

Лори была профессором психологии в Йеле. Она руководила собственной исследовательской лабораторией, читала сразу несколько курсов и недавно стала главой Силлимана — самого крупного жилого колледжа в составе университета. Эта престижная должность требует размещаться вместе со студентами в огромном особняке, в котором находится общежитие, организовывать для них мероприятия и следить за их общим благополучием — словом, быть наставницей для студентов из Лиги плюща. Она любила свою работу. Но вскоре она поняла, как сильно ее студенты нуждаются в помощи. Вот почему она задумала организовать курс под названием «Психология и хорошая жизнь», посчитав, что он будет пользоваться успехом.

Однако Лори не ожидала, что он станет настолько популярным и полностью изменит ее жизнь.

В первый же день, когда студентам разрешили записаться на курс, пришло более девятисот желающих. К окончанию регистрации намерение участвовать в нем выразила четверть всего состава студентов Йеля — беспрецедентный случай в истории легендарного заведения. Через несколько недель после начала семестра в The New York Times узнали о популярности курса и опубликовали статью, которая спровоцировала массовые запросы от СМИ. Во время большей части лекций Лори прикрепляла два микрофона к своему джемперу и две аккумуляторные батареи к обуви. Один комплект записывал курс для платформы онлайн-обучения Coursera, другой обеспечивал звук для той команды национальных новостей, которая в данный момент ее снимала. Лори завела таблицу Excel для отслеживания надетой одежды, чтобы не появляться в одном и том же наряде слишком часто. По несколько раз за неделю она вылетала из Нью-Йорка в четыре часа утра, чтобы прочитать лекции, и обратным рейсом в тот же день возвращалась, чтобы успеть к ужину.

Вскоре после успеха первого курса «Психология и хорошая жизнь» Лори попросили запустить подкаст, и она начала работать с продюсером над пилотным эпизодом. Одновременно она продолжала преподавать, руководить своей лабораторией и жить среди студентов. Ее обязанности как главы колледжа охватывали все сферы их жизни. Она принимала гостей в домах с привидениями на Хеллоуин,