Эмоциональная регуляция. Научные методы повышения устойчивости - Итан Кросс

Они решили провести ряд групповых обсуждений под началом Пиппы[249]. Во время этих откровенных бесед игроки обсуждали свои страхи и комплексы, с уважением относясь к проблемам друг друга — вместо того чтобы сохранять привычную сдержанность и стойкость. У одного из них была серьезная депрессия, и он откровенно рассказал о своих проблемах, а раньше вряд ли рискнул бы это сделать. Помимо искренних бесед, Пиппа посоветовала товарищам по команде поиграть друг с другом. Они играли в игры (не в футбол), развивающие взаимодействие, координацию и доверие между ними, а еще дарившие им легкость и радость. После победы над Тунисом на чемпионате мира 2018 года они запустили в плавательный бассейн целое стадо надувных единорогов.

Хотелось бы мне оказаться там в тот день и увидеть, как игроки соревнуются друг с другом, управляя этими «плавсредствами».

Пиппа Гранж понимала, что нельзя просто разработать новые ценности и нормы и ждать, что люди немедленно их примут и начнут соблюдать. Нужно помочь им в «подготовке». Практики, которые они выработали вместе с командой, были крайне важны для достижения цели. Вместо того чтобы просто сказать «будьте открытыми», нужно создать для этого соответствующее психологически безопасное пространство и внедрить практики, развивающие дополнительные навыки, необходимые, чтобы действовать в соответствии с новыми ценностями и нормами. Один из важнейших уроков, который мы можем для себя извлечь из деятельности Пиппы Гранж, заключается в том, что изменение культуры ради улучшения эмоциональной регуляции необязательно должно наводить скуку. Наоборот, процесс можно сделать интересным и увлекательным.

Доступ к панели управления культурой

Подобно воздуху, воде или солнечному свету, культура окружает нас со всех сторон. Вот отчего иногда трудно заметить, как группы, к которым мы принадлежим, влияют на нашу эмоциональную жизнь. Отчасти именно этим объясняется, почему так трудно справиться с конфликтами на почве культурных различий: часто мы сами не понимаем, почему мы или группы, с которыми мы взаимодействуем, думаем, чувствуем и ведем себя так или иначе. Однако понимание того, как культура формирует нашу эмоциональную жизнь, может помочь увереннее управлять ею как переключателем. Это все равно что знать, какие кнопки на вашем умном пульте регулируют подъем и опускание жалюзи, а какие — температуру в помещении.

И здесь мы приходим к финальному вопросу. Почему мы так часто оказываемся в ситуациях, когда главный выключатель находится у нас под рукой, но мы просто на него не нажимаем? Это классическая загадка человеческой природы: мы прекрасно понимаем, что нужно делать, и тем не менее бездействуем. Как преодолеть разрыв между знанием и реальными шагами?

Еще до того как приступить к этой книге, вы, без сомнения, знали о наборе инструментов для эмоциональной регуляции. Однако часто ли вы успешно использовали их в угнетенном состоянии? Часто ли планировали задействовать их в повседневной жизни? Может, ваш друг уговорил вас пойти на прогулку после тяжелого расставания, и вы почувствовали себя лучше. Но поступите ли вы так же по своей инициативе в следующий раз, когда случится что-нибудь крайне неприятное? Возможно, вы знаете, что хип-хоп из 1990-х поднимает вам настроение, но есть ли у вас соответствующий плейлист в приложении?

Большинству из нас трудно достать что-то из ящика с инструментами, так как в моменты психологического стресса даже откинуть крышку — непосильная задача. Мы знаем, что нужно, но делаем так далеко не всегда. Почему мы упорно избегаем того, что, как нам известно и как подтверждают научные данные, улучшит наше самочувствие? И как тогда быть?

Чтобы ответить на эти вопросы, давайте навестим одного старого друга.

Часть 4. Целенаправленное изменение

Глава 9. От знания к действию: как добиться автоматизма в переключении эмоций

Часы показывали три часа ночи, когда Мэтт Маасдам[250] вместе с десятью «морскими котиками» крадучись подбирался к дому в районе среднего класса в Багдаде (Ирак). Даже в это время было жарко и пыльно, и большинство жителей спали в самых прохладных комнатах — или на крышах, в надежде на освежающий ветерок.

«Морские котики» не знали точно, в каком из домов живет изготовитель бомб, которого они искали. Им было известно лишь то, что он скрывался где-то здесь. Они не знали, как он вооружен и сколько невинных гражданских спят в доме. Но они знали, что умельцы в создании бомб были и специалистами по минам-ловушкам. Они часто закапывали взрывчатку по периметру зданий, где собирались солдаты, чтобы одним взрывом убить сразу дюжину человек. Они знали также, что дома, где жили изготовители бомб, тщательно охранялись. Вооруженные люди могли снять вас выстрелом из укрытия на втором этаже, а внутри можно было обнаружить боевиков, дремлющих в поясе смертников, с растяжками и снарядами, или женщин с гранатами в карманах бурок. Много неизвестных факторов. Большой риск того, что миссия пойдет не по плану и их всех убьют. Но группа Мэтта была готова к любым неожиданностям.

«Морские котики» справедливо считаются одной из самых элитных организаций в мире, и главная составляющая их успеха — скрупулезное планирование боевой задачи. Они заблаговременно готовятся ко всем непредвиденным обстоятельствам, какие только можно себе представить. До начала операции группа Мэтта проработала более дюжины потенциальных сценариев.

Если у их вертолета откажет двигатель…

Если они попадут под обстрел в пути…

Если боевиков окажется в пять раз больше, чем они предполагали…

Если кто-то наступит на мину после выполнения задания…

Руководители миссии вдалбливали каждый сценарий в их голову, используя сократический диалог.

«Мэтт, если случится __________, каков будет ваш следующий шаг?»

На каждое «если» приходилось свое «то тогда» — конкретные планы, позволяющие автоматически отреагировать в случае, если дела пойдут не так, как надо, и получить помощь, чтобы выполнить миссию и остаться в живых.

Поэтому, когда Мэтт и его группа, все в очках ночного видения, стараясь дышать как можно тише, подошли к дому подрывника, они работали в соответствии с первоначальным планом. Они не собирались выстраиваться по периметру. Они хотели рассредоточиться на переднем дворе и, как только сработает боезаряд на двери, действовать скоординированно, как баскетбольная команда, которая старается забить мяч, прежде чем защита успеет подготовиться. Половина группы должна была зайти через выбитую дверь, а остальные — проникнуть в помещение через другие двери и окна.

Но, взорвав боезаряд, они столкнулись с непредвиденной, нештатной ситуацией: внешние стены здания были по большей части стеклянными и при взрыве разбились. С улицы казалось, что дом взорвался, обрушив на «морских