Запретная алхимия - Стейси Макьюэн

– Его нет в комнате, – нахмурилась я. – Я думала, что могу найти его здесь.

Скотти тоже сдвинул брови.

– Ну, значит, он, должно быть, ждет у Маргариты.

Но Теодора не было ни на площади, ни внутри магазина, ни в шахте.

– Если Ганнер найдет этого парня за отлыниванием, он свернет бедному ублюдку шею, – прохрипел Бриггс, когда двери лифта с лязгом открылись.

– Может, он не слышал, как ты стучала в его дверь, Нина, – задумчиво произнес Скотти. – Должно быть, у него адски болит голова после вчерашнего.

– В этом мы похожи, – проворчал Бриггс.

Я хмуро смотрела в зияющую темноту туннеля. Я представляла Тео таким, каким он был прошлой ночью, спотыкаясь уходящим в ночь.

– Нет особого смысла держать тебя здесь сегодня, Нина, – сказал Скотти. – Мы не можем идти дальше, не задев край Гайзера. И мы не можем копать под реку без Тедди, который контролирует воду.

– Иди отдыхай, как просил Пэтти, – предложил Бриггс, загружая вагонетку бревнами. – И если увидишь Тео, дай ему подзатыльник.

Я поспешила одна обратно к гостинице, маршрут теперь был заучен, медленно нарастающий ужас бурлил в груди. Я намеревалась снова постучать в дверь номера тринадцать, возможно, выбить ее. Но выражение лица Тео прошлой ночью маячило перед глазами, и я была уверена, что не найду его там. Я внезапно подумала, что не найду его вообще нигде.

Всего в нескольких футах от крыльца «Колсона и Сыновей» я замерла на брусчатке. В полумраке ближайшего переулка шевельнулась тень. Мужчина затушил сигарету сапогом, затем чуть сдвинулся на дневной свет.

– Тео? – Я бросила панический взгляд через плечо, но Кентон жил своей обычной жизнью. Прогрохотала вагонетка, и среди шума я поспешила в нишу между зданиями, где он стоял.

– Где ты был? – прошипела я.

Он выглядел несчастным. Его лицо вытянулось, осунулось за ночь. Он был небрит, глаза налиты кровью.

– Ты в порядке?

Он слабо усмехнулся.

– Просто великолепно.

Я снова оглянулась через плечо. Сейчас ночь нас не укрывала.

– Кто-то может нас увидеть.

– Тогда я не буду тебя задерживать. Только чтобы попрощаться.

Ужас достиг пика.

– Тео…

– По правде говоря, я должен был уйти прошлой ночью, – продолжил он, – но я задержался. Полагаю, я хотел увидеть тебя в последний раз.

Слабая струйка застарелой вины закрутилась у меня в животе.

– Я не вынесу здесь больше ни дня, Нина. – Он на мгновение закрыл глаза. – И они идут.

– Тео, мне жаль, – пролепетала я, хватая его за рукав, когда он попытался отвернуться. – Мне жаль, что я не смогла выбрать…

– Не надо, – прервал он; его голос прозвучал как удар молотка. И я увидела его яркую, жгучую боль. – Я действительно хочу сказать тебе, что сожалею о том, что сделал прошлой ночью. О том, что я говорил о тебе.

Я попыталась взять его за руку, но он вырвал ее.

– Тео, ты не можешь уйти сейчас. Мы нашли алхимика. Он в Данниче.

Он замер, и мне показалось, я увидела искру, шестеренки за его глазами снова завращались.

– Ты уверена?

– Да. – Ложь, но она выиграет мне время. – Полли и я узнаем его точное местонахождение в течение нескольких часов.

– И что тогда? – спросил Тео. – Ты столкнешься с Таннером? Обменяешь алхимика на свою мать?

– Да, – сказала я резко. – Патрик согласится на обмен. Нет ничего, что его волновало бы больше, чем идиум.

Тео скептически кивнул.

– Возможно, ты права.

– Я права.

– И тогда Таннер пошлет своих солдат в Даннич, и, как только они найдут Домелиуса Беккера, чародеи огня превратят город в пепелище.

Тео внимательно следил за моим выражением лица, видел, как от него отхлынула кровь.

– Но это ведь лучше, не так ли? – спросил он. – Что-то, с чем тебе будет проще смириться. Лучше Даннич, чем Кентон-Хилл.

Желчь подступила к горлу. Он был прав. Я надеялась, что существует другой ответ. Теперь казалось, что не было ни одного, который не обернулся бы кровопролитием.

– Теряешь хватку, Нина. – Тео покачал головой. – Ты должна была предвидеть это.

– Эти люди не заслуживают смерти, Тео, – сказала я слабо. – Таннера нужно остановить.

– Почему это не может быть Союз Шахтеров? – парировал Тео. – Или ты отмыла руки Патрика от всей этой крови?

– А сколько погибло в шахтах? – сказала я; мой темперамент вспыхнул. – Ты знал кого-нибудь, кто потерял конечность на заводе, Тео? Или закончил голодающим на улице? Ты никогда не видел это до того, как начались забастовки.

Мой голос становился громче, огонь в груди разрастался.

– Ты был в городе, всегда в безопасности и сытости. И я присоединилась к тебе там, в этой башне из слоновой кости, в этой гребаной Школе.

Но Тео, казалось, отмахнулся от меня.

– Значит, Патрику действительно это удалось, – пробормотал он, – и в рекордно короткие сроки.

– Удалось что? – прошипела я.

– Сделать из тебя мятежницу. Интересно, было бы все иначе, могли бы мы быть другими, если бы я лучше о тебе заботился?

– Мы бы закончили точно так же, – отрезала я. Потому что он был сыном своего отца, а я была выкована в Скарри задолго до того, как он узнал меня.

Он не ответил. Вместо этого он сунул руки в карманы и посмотрел на Мэйн-стрит.

– Сделаешь мне одно последнее одолжение? И прежде чем ты скажешь «нет», просто вспомни, что я провел последние два года в этом месте, все ради обещания увидеть тебя снова.

Я прикусила язык.

– Какое одолжение?

– Убеди Колсонов не искать меня. Ты довольно убедительна, когда дело доходит до них.

– Как ты выберешься? Это опасно, Тео.

– Есть туннель, который идет на северо-восток, – пояснил он. – Он короткий, и Колсоны редко им пользуются. Он уведет меня достаточно далеко, чтобы я мог найти лодку.

– Ты… ты не станешь?..

– Сообщать Дому, что ты оставила свой долг? Нет, Нина. Я не стану причиной смерти твоей матери. Я не чудовище.

Слезы собрались в уголках моих глаз, когда я кивнула.

– Течение в этой войне меняется, – предупредила я. – Таннер не сможет удерживать Дом намного дольше.

– Еще одна веская причина исчезнуть, – сухо отозвался Тео. – Можешь угадать, кто займет место Таннера, если он умрет?

Лед пробежал по моему позвоночнику, и он кивнул, подтверждая.

– Лорд Шоп, – произнес он с холодным, мертвенным смирением. – Так что мне лучше вернуться.

– Тео…

– Ты думаешь, что знаешь, что делаешь, – сказал он, уже отступая по переулку, – но придет время, Нина, когда ты окажешься загнанной в угол.

Он оглянулся на меня через плечо в последний раз.

– И я буду единственным человеком, кто сможет тебя освободить.

Глава 56

Патрик