Запретная алхимия - Стейси Макьюэн

Потоки солдат армии выливались из его дверей, рвались к арке, растекались по всему городу.

Только трое стояли неподвижно на площади, одетые в длинные темно-синие мантии. Женщина и двое мужчин, огонь срывался с их ладоней.

Неподалеку на спине лежал мужчина, его кожа почернела, пистолет валялся на брусчатке. Над ним выла женщина. Она была в халате. Волосы все еще были заколоты. Она стояла на коленях рядом с ним и рыдала.

Проходящий мимо солдат в синей форме искусника вышел из строя. Он поднял ружье и выстрелил в женщину.

Ганнер повернулся. Он нашел меня, прижатую спиной к кирпичной кладке, и растолкал людей, чтобы подойти.

А затем его рука сомкнулась на моем горле, и мои ноги оторвались от земли.

Его дыхание обдало теплом мое лицо, глаза были безумными.

Я не могла дышать. Его пальцы впивались все сильнее.

– Это ты сделала? – прошипел он.

Я попыталась покачать головой. Мои ноги дико брыкались.

– Нет.

– Где мой брат? – выдавил он дрожащим голосом. Он ослабил хватку ровно настолько, чтобы позволить мне упасть, позволить воздуху снова наполнить мои легкие.

– Он не вернулся…

Внезапный залп. Грохот осыпающихся кирпичей и звон труб.

Мужчина среди моря пехотинцев на площади направил винтовку вниз, в нас. Он кричал своим товарищам, дико жестикулируя, глаза сверкали при виде людей, зажатых между зданиями.

– Дерьмо, – рыкнул Ганнер и бросил на меня последний убийственный взгляд. – ВПЕРЕД! ОТКРЫТЬ ОГОНЬ!

И ремесленники из теней хлынули наружу, бросая гранаты и направляя винтовки в это море чернил.

И Ганнер повернулся ко мне. Он взвел курок своего пистолета.

– Ганнер, нет. – Мои руки дрожали, когда я подняла их, сдаваясь. – Позволь мне помочь. Я могу остановить это.

– Не мне это решать, – прохрипел он. В его глазах отразилась скорбь, и приклад пистолета врезался мне в висок.

Я слышала скрежет сдвигаемой крышки люка, кряхтение Ганнера, когда он опускал меня в бункер внизу.

Почувствовала, как тьма окружила меня.

А потом не стало ничего.

Глава 65

Патрик

К тому времени как Патрик выбрался из своей ямы высоко на холме, Кентон-Хилл кричал.

Люди карабкались снизу, бежали к туннелям.

Он бросился вниз по склону с тошнотворным отчаянием, мимо рыдающих детей и людей с младенцами в перевязях или на спинах.

Всю дорогу его сердце отрицало происходящее. Оно выстукивало: «Нет. Это невозможно».

Огонь не мог прийти изнутри. Был только один путь внутрь. Это невозможно.

Если только…

«Теодор, – заключил его разум. – Кто же еще, как не он? Богатый мальчишка-искусник, влюбленный в девушку, которая променяла его на шахтера».

Патрик перелез через штакетник и петлял по знакомым переулкам. Он прыгнул в первую же решетку, которую увидел, и вытащил винтовку и коробку с патронами. Он ободрал колени о край стока, выбираясь наружу, затем помчался сквозь толпы, бегущие в обратном направлении, чтобы покинуть пределы города.

Ему потребовались считаные минуты, чтобы добраться до эпицентра хаоса. Чем ближе он подходил к сердцу Кентона, тем громче становились звуки разрушения, тем гуще был дым.

Он застрелил троих в форме искусников, прежде чем они успели повернуться и увидеть, как он проносится мимо. Он всем весом врезался в солдата, оседлавшего женщину на тротуаре, ткнул пистолет ему в живот и выстрелил.

Городская площадь была где-то впереди, и отсюда казалось, что она полностью охвачена огнем.

Еще один поворот перед схваткой, и Патрик разнесет их всех. Он заставит их сожрать собственный огонь.

В полумраке узкого переулка Патрик прижался спиной к кирпичной стене и зарядил винтовку.

На площади люди лежали ничком. Их тела, в темно-синем или в гражданском, были разбросаны повсюду.

Круг вооруженных пехотинцев стоял в центре. Они охраняли три фигуры в длинных плащах, с огнем в ладонях.

Чародеи посылали потоки огня в город за их спинами. Рубашки вспыхивали, и люди бежали, крича, только чтобы упасть на штыки поджидающих солдат.

Гранаты детонировали и швыряли в ночь огонь, конечности и головы.

Ремесленники Кентон-Хилла удерживали пехоту Лордов на площади, не давая чародеям огня распространить пламя на остальную часть города, но они были уже на пределе. Больше солдат выливалось из дверей ателье Маргариты, казалось, бесконечный резерв, и ремесленников оттесняли, позволяя чародеям огня и их кольцу охраны расширяться.

Через мгновение они прорвались, и струи пламени взмыли в воздух, поджигая черепицу и водостоки каждой крыши, которой касались.

Скоро весь Кентон будет в огне.

Где была Нина?

Была ли она в безопасности?

Что с его матерью? С Донни и Ганнером?

Топот раздался позади Патрика, он развернулся и вскинул винтовку – курок взведен, палец наготове.

– Стой! – сказал голос, и лицо появилось из тени.

Теодор Шоп смотрел на Патрика, глаза шире, чем когда-либо, рот открыт в шоке. У него не было оружия, только та же грязная одежда, что он носил в туннелях, кожа в саже.

– Я не с ними, – сказал он, поднимая руки в знак капитуляции. – Пэт…

Патрик упер ему в лоб ствол винтовки, а секунду спустя схватил Теодора за горло и прижал к стене.

– ПАТРИК! Подожди! Я вернулся только за Ниной, клянусь. Я волновался, что ты мог… что ты мог причинить ей боль. Послать тебе ту записку было глупо. Я был зол…

Патрик едва видел его сквозь красную пелену, застилающую зрение.

– Подумай, Патрик! Пожалуйста! Зачем еще мне возвращаться? Зачем мне рисковать?

Где-то в красном тумане Патрик уловил смысл его слов.

– Это не я впустил их, Патрик! Это не мог быть я. Если только у меня не было писаря.

Или если он сам не был писарем.

Кем Теодор не являлся.

Но Полли была.

– Они умирают, Пэт!

Он знал. Он знал.

– Чародеи огня… если они доберутся до угольных складов, все это место взлетит на воздух. Ты слышишь меня? Кентон исчезнет.

У Патрика все оборвалось внутри. Его рука на горле Теодора ослабла.

– Я могу помочь, – сказал Теодор. – Я могу помочь тебе уложить их.

Глаза Патрика метнулись к рукам Теодора, затем к огню на периферии.

– Они окружили чародеев солдатами, Патрик. Ты не сможешь взять их без меня.

Времени на раздумья было мало, и Патрик хорошо это знал. С мучительным рыком он отпустил Теодора, только чтобы схватить того за шкирку.

– Погаси их, – приказал он Теодору; он бы встал на колени и умолял его. – Погаси чародеев, и я не пристрелю тебя на месте.

Теодор энергично кивнул.

– Ты можешь использовать каналы, – сказал ему Патрик. – Тяни воду