Не та невеста для проклятого князя - Алекс Скай

— Его нельзя снять? — спросила я.

Инга отступила на шаг.

— До решения Совета — нет.

— Удобно.

— Для договора — да.

— Я уже начинаю ненавидеть слово «договор».

— В Вейрхольме лучше ненавидеть молча.

— Мне это часто говорят.

— Потому что вы редко слушаете.

Я посмотрела на неё через зеркало.

Инга покраснела.

— Простите.

— Не извиняйся. Это было честно.

Она опустила глаза, но уголки губ дрогнули.

Когда мы вышли, Эрик у двери посмотрел на моё платье, на кольцо, потом на лицо.

— Что? — спросила я.

— Ничего, леди.

— Вы тоже считаете, что я слишком быстро примеряю чужие цвета?

Он явно пожалел, что обладает глазами.

— Я стою на посту.

— И всё же?

Он помолчал.

— Серое платье сочли бы слабостью. Синее — вызовом. Это… разумно.

— Спасибо, Эрик. Стены сегодня полезны.

Инга за моей спиной едва слышно выдохнула.

Мы пошли по коридору к малой галерее.

По дороге я считала.

Не шаги. Людей.

Слуги у стены — двое. Один поклонился чуть ниже, чем требовалось. Второй отвёл взгляд при виде кольца, не меня. Значит, боится печати договора.

Стража у лестницы — трое. Один северянин, судя по застёжке с крылом, из людей Ровена. Двое с гербом башни, домовые. Домовые смотрели на меня как на ответственность. Люди Ровена — как на проблему, которую хотя бы можно перевезти из точки в точку.

Женщина у арки — ключи на поясе, не Сельма, но похожий род занятий. Она посмотрела не на меня, а на Ингу. Инга сразу опустила глаза. Значит, внутренняя власть над слугами не только у Сельмы.

Я запоминала.

Не потому, что внезапно стала великим стратегом. Скорее потому, что в мире, где тебе не принадлежит даже имя на документах, наблюдение — первый способ вернуть себе хотя бы кусочек земли под ногами.

Малая галерея оказалась длинным залом с окнами на внутренний двор. На стенах висели портреты северных женщин в строгих платьях и с такими взглядами, будто каждая лично могла остановить метель, если метель нарушит порядок. У окон стояли несколько дам. Они не разговаривали громко. Им и не нужно было: их молчание уже делало всё необходимое.

Сельма ждала у входа.

— Вы выбрали не серое.

— Доброе утро, госпожа Сельма.

— Это не ответ.

— Серое сообщало бы, что я заранее согласна быть виноватой. Синее — что я претендую на место. Это платье сообщает, что я явилась. Для первого утра достаточно.

Сельма смотрела на меня ровно.

Потом тихо сказала:

— Не отвечайте на каждый укол.

— Постараюсь выбирать самые удачные.

— Это не то, что я советовала.

— Зато ближе к реальности.

Она вздохнула так, будто уже жалела о своей роли в моём внешнем виде.

— Леди Астара Норрен, — произнесла она и шагнула в сторону.

Женщина у центрального окна повернулась первой. Ей было около сорока, может, больше. Возраст в этом мире пока было сложно угадывать: северный холод делал лица строже, а власть — моложе там, где люди не привыкли спрашивать разрешения. На Астаре было платье цвета тёмного вина, волосы собраны под серебряной сеткой. Она не улыбалась, но и не смотрела с презрением. Скорее оценивала, сколько правды поместится в моих костях.

— Лиана Морр, — сказала она.

Не «леди». Не «невеста». Просто имя.

— Леди Астара.

Я поклонилась так, как помнила Лиана из чужого тела. Не глубоко. Не как служанка. Но и не слишком высоко. Что-то среднее между «я вас уважаю» и «падать перед вами не буду».

Астара заметила.

— Вас быстро учат.

— Меня долго не спрашивали. Это ускоряет обучение.

У дальней стены тихо фыркнула девушка в светло-сером платье. Светлые волосы, тонкая шея, красивые руки, слишком холодный взгляд.

— Или делает человека дерзким, — сказала она.

Сельма произнесла:

— Леди Мелисса Хольд.

Та самая. Племянница главы дома Хольд. Возможная несостоявшаяся невеста Дарена.

Мелисса смотрела на меня так, будто я не просто заняла чужое место, а сделала это в её любимых туфлях.

— Леди Мелисса, — сказала я.

— О, вы знаете титулы. Уже неожиданно.

— Я тоже рада, что день начался с приятных открытий.

Астара чуть приподняла бровь.

Мелисса улыбнулась.

— Нам сказали, что вы компаньонка. Видимо, у южных компаньонок хорошие наставницы.

— У некоторых — наблюдательность вместо наставниц.

— Наблюдательность не заменяет крови.

Вот и пришли.

Невеста без рода.

Самозванка.

Девочка из тени Виолы, внезапно посаженная рядом с князем.

Я могла сказать, что кровь ещё никого не делала честным. Это было бы эффектно, но глупо: половина людей в зале, вероятно, строила жизнь именно на крови, родах и древних правах. Оскорблять всю систему утром второго дня было рано. Хотя соблазнительно.

— Не заменяет, — согласилась я.

Мелисса явно ожидала спора.

— Но иногда кровь становится удобной ширмой, — продолжила я. — За ней легко спрятать трусость, подлог и чужую ошибку.

В галерее стало тише.

Леди Астара посмотрела на меня внимательнее.

— Вы обвиняете дом Эйрдан?

— Я повторяю то, что уже сказала князю. Меня отправили вместо Виолы Эйрдан. Если у дома Эйрдан есть объяснение лучше, я готова его услышать.

— А если выяснится, что объяснение есть? — спросила Астара.

— Тогда я пересмотрю выводы.

— Легко признаёте возможность ошибки.

— Я вчера проснулась в чужой карете под чужим именем. После такого излишняя уверенность выглядит самонадеянно.

Несколько младших дам переглянулись.

Рейна Торн стояла чуть поодаль. Я узнала её по сходству с советником: тот же спокойный взгляд человека, который видит не эмоции, а структуру. Тёмные волосы, простое платье зелёно-серого цвета, почти без украшений. Она пока молчала, и именно поэтому казалась опаснее Мелиссы.

— Вы понимаете, что своим появлением ставите князя в уязвимое положение? — спросила Рейна.

Голос у неё был ровный. Не злой. Даже не язвительный. Такой, каким задают вопрос на экзамене, где неправильный ответ стоит репутации.

— Понимаю не всё, — сказала я честно. — Но достаточно, чтобы знать: моё появление кому-то выгодно.

— Кому?

— Тем, кто хочет, чтобы князь выглядел либо обманутым, либо жестоким, либо слабым.

Мелисса усмехнулась.

— Смело для девушки, которая ещё вчера не знала северных правил.

— Именно поэтому я смотрю не на правила, а на выгоду.

Астара впервые чуть улыбнулась.

— И чью выгоду вы уже увидели?

Вот хороший вопрос.

Слишком хороший для комнаты, где каждое слово могло уйти дальше меня быстрее, чем я успею вдохнуть.

— Пока вижу, что страх перед князем кому-то очень удобен, — сказала я.

Мелисса перестала улыбаться.

Рейна чуть склонила голову.

Астара не шевельнулась.

— Поясните, — сказала она.

Я посмотрела в окно. Во дворе слуги переносили ящики к складам. Два воина