Не та невеста для проклятого князя - Алекс Скай

прошли мимо южных карет, поставленных под навесом. У нижнего входа стоял человек Эйрдана и спорил со стражником. Стражник даже не повышал голоса.

— Если все считают Дарена Вейра чудовищем, — сказала я, — то любая чужая подлость рядом с ним выглядит правдоподобно. Отправить подменённую невесту? Князь виноват, потому что пугает женщин. Сорвать договор? Князь виноват, потому что с ним невозможно иметь дело. Запереть компаньонку в крепости? Князь виноват, потому что проклятый Вейр удерживает девушку силой. Очень удобно. Можно делать что угодно, а потом показывать на его печать и ждать, что люди сами додумают остальное.

Молчание стало другим.

Не обиженным.

Осторожным.

Я поняла, что сказала больше, чем планировала.

Но иногда правда выскакивает не потому, что ты смелая. Просто её слишком долго держали под крышкой.

Мелисса первой пришла в себя.

— Как трогательно. Южная компаньонка уже защищает князя.

— Я защищаю логику.

— Отсутствие рода не мешает вам говорить так, будто вы имеете право судить север.

— Отсутствие рода, как выяснилось, не мешает другим решать, куда меня везти и за кого выдавать. Так что право говорить я заберу сама.

У Мелиссы вспыхнули щёки.

Астара тихо произнесла:

— Довольно.

Одного слова хватило.

Мелисса сжала губы, но замолчала.

Астара подошла ближе. Теперь между нами было всего несколько шагов.

— Вы говорите умно, Лиана Морр. Но умная речь не создаёт происхождение.

— Я не пытаюсь стать знатной задним числом.

— А чем пытаетесь стать?

Я задумалась.

Хороший вопрос. Опасный. Потому что ответ «живой» уже вчера звучал слишком часто, а жить — это минимум, не цель.

— Человеком, который сам объясняет, кто он, — сказала я. — Не тем, кого называют тенью Виолы, ошибкой Эйрданов, проблемой князя или самозванкой.

Астара долго смотрела на меня.

— Тогда вам придётся выдержать больше, чем разговор в галерее.

— Я заметила, что здесь это только разминка.

— Сегодня после полудня советники потребуют расторгнуть вашу помолвку.

— Временную, — поправила я.

— Тем более. Они скажут, что вы угрожаете положению князя.

— А вы?

— Я послушаю.

— И решите, стоит ли мне существовать в северной политике?

— Нет, — сказала Астара. — Решу, способны ли вы выжить в ней, не став оружием в чужой руке.

Это было не дружелюбие.

Но уже не унижение.

Возможно, на севере именно так начинались хорошие отношения: тебя признавали не человеком, а потенциально пригодным к катастрофе.

Сельма, стоявшая у входа, вдруг подняла взгляд.

— Леди, князь просит Лиану Морр в зал совета.

Мелисса улыбнулась.

— Так быстро? Значит, ваше временное место уже начали обсуждать без вас.

— Как мило, что теперь пригласили на собственное обсуждение, — сказала я.

Рейна Торн посмотрела на меня почти с интересом.

— Вы пойдёте?

— А у меня есть выбор?

— Всегда есть, — сказала Астара. — Просто некоторые выборы заканчиваются хуже.

— Тогда пойду смотреть на вариант с лучшими последствиями.

На пути к залу совета Сельма шла рядом со мной молча. Не впереди, как раньше, а именно рядом. Я не знала, означает ли это перемену в статусе или просто то, что она решила не давать мне возможности свернуть куда-нибудь и сделать утро ещё интереснее.

— Я сказала лишнее? — спросила я.

— Да.

— Насколько лишнее?

— Достаточно, чтобы вас начали слушать.

— Разве это плохо?

Сельма посмотрела на меня.

— В Вейрхольме опаснее всего не тогда, когда вас унижают. Тогда всё просто. Опасно, когда вами начинают пользоваться.

— Я не позволю.

— Все так думают в начале.

У неё был талант портить оптимизм одной фразой.

Зал совета располагался в западном крыле. Двери были ниже, чем в большом зале, но тяжелее. На них не было красивой резьбы, только металлические полосы и знак башни. У входа стоял Ровен.

— Леди, — сказал он.

— Ровен. У вас лицо человека, который уже знает, что внутри неприятно.

— У меня почти всегда такое лицо.

— Нет, вчера у дороги было другое. Там вы думали, что неприятность хотя бы снаружи.

Он едва заметно усмехнулся.

— Сегодня она внутри.

— Благодарю за поддержку.

— Я не сказал, что неприятность — вы.

— Но подумали?

— Я стою на посту.

— Все стены Вейрхольма сегодня удивительно дисциплинированы.

Ровен открыл дверь.

В зале было тепло от большого очага, но атмосфера оставалась ледяной.

За длинным столом сидели Дарен, Торн, Мерден и ещё двое мужчин, которых я пока не знала. Один седой, с тяжёлыми плечами и руками человека, привыкшего держать меч. Второй узкий, сухой, с серебряной цепью и внимательными глазами. На столе лежали документы, карта северных земель и моё кольцо в виде нарисованного круга на отдельном листе. Очень неприятно видеть собственное украшение как предмет заседания.

Дарен поднял глаза.

— Лиана.

Не «моя невеста». Не «леди». Просто имя.

После галереи оно прозвучало почти как возможность поставить обе ноги на землю.

— Князь.

Торн указал на свободное место не у стола, а чуть ниже.

— Вы можете сесть там.

Я посмотрела на стул.

Поставлен так, чтобы меня было удобно спрашивать.

Не участница. Предмет рассмотрения.

Я села бы вчера.

Сегодня — уже нет.

— Благодарю, — сказала я. — Но если речь пойдёт обо мне, я предпочту стоять там, где вижу лица.

И осталась у края стола.

Седой мужчина хмыкнул.

Мерден улыбнулся.

Торн помрачнел.

Дарен ничего не сказал.

— Очень хорошо, — произнёс Мерден. — Кажется, наша временная невеста уже усвоила искусство производить впечатление.

— Хуже было бы усвоить искусство молчать там, где решают мою судьбу, — ответила я.

— Вашу судьбу решает старое право, — сказал Торн.

— Старое право вчера хотя бы выслушало, что я не Виола.

Седой мужчина снова хмыкнул, на этот раз громче.

Дарен наконец заговорил:

— Лорд Брант Керн, глава северной стражи. Мастер Элвин, хранитель договорных книг.

Я кивнула обоим.

Брант Керн посмотрел прямо.

— Так это вы заставили дорогу закрыть разлом?

— Я бы сказала, попросила правду не убивать всех сразу.

— Хороший ответ.

— Плохой был бы опаснее?

— На севере почти всё опаснее, чем кажется.

— Я уже начала записывать мысленно.

Мастер Элвин сложил пальцы.

— Лиана Морр, советники князя обсуждают законность вашего пребывания в Вейрхольме под статусом невесты. Вопрос не в личной симпатии или неприязни.

— Удобное начало для неприязни.

Торн резко посмотрел на меня.

— Здесь говорят о законе.

— Тогда говорите.

Мерден наклонился вперёд.

— Закон прост. Брачный договор заключён с леди Виолой Эйрдан, дочерью лорда Грегора. Вы не Виола. Следовательно, договор недействителен.

— И меня нужно вернуть Эйрданам?

— Как минимум вывести из статуса невесты.

— А дальше?

— До выяснения.

— Чьего?

— Совета.

— То есть вы предлагаете снять с меня единственную защиту и оставить в крепости как кого? Гостью? Свидетеля? Пленницу? Ошибку в переписке?

Мерден улыбнулся.

— Вы слишком драматизируете.

— Мне вчера надели чужое кольцо, отправили вместо