Блинная «Клубничная грядка» - Лори Гилмор

– Я не хотела заставлять тебя покупать мне цветы, – пошутила она и снова заметила, что он не сводит с нее глаз.

– Я совсем не против покупать тебе цветы.

– Как своей сотруднице, конечно, – сказала она и против воли кокетливо улыбнулась.

– Конечно.

Арчер наклонился ближе и еле заметно улыбнулся. На щеке она почувствовала его теплое дыхание. Он положил руку ей на спину, ведя через людской поток. От этого прикосновения у нее внутри все перевернулось.

Но другое ощущение было еще сильнее: за ними наблюдали. Айрис слишком хорошо знала этот город и его жителей. Знала, как быстро они делают выводы и как любят сплетничать. Стоит только кому-то подумать, что между ней и Арчером что-то есть… Что тогда будет с его опекой над дочерью? Конечно, все бы только порадовались, если бы они стали встречаться, но для Арчера непозволительна репутация мужчины, который крутит романы направо и налево. Неподходящая для воспитания атмосфера. Хотя, если подумать, именно в такой семье выросла сама Айрис. И с ней вроде бы все нормально. Ну… почти. Если не считать небольших проблем с привязанностью.

Но это не имеет значения. Арчер должен оставаться в глазах города тем, кем он и является: ответственным и серьезным отцом.

И Айрис не имеет права все испортить.

– Наверное, нам пора к Олив, – сказала она и у последнего прилавка резко свернула направо, на лужайку, где в последний раз видела Киру с девочкой.

Арчер отпустил руку, и Айрис усилием воли подавила разочарование. Одно дело – флиртовать с ним дома, и совсем другое – на людях.

Она должна быть осторожной, когда речь идет об этом заботливом отце и его маленькой дочери. Меньше всего ей хочется осложнить им жизнь.

Глава 16

– У меня потрясающая идея! – воскликнула Айрис, вихрем врываясь в кухню.

Из-за вечернего занятия йогой она пропустила ужин с Олив и Арчером, поэтому они просидели вдвоем в неловком молчании. Зато девочка умяла две порции пасты с маслом и пармезаном, и Арчер решил не настаивать на разговорах. Все своим чередом.

– Правда? И что за идея? – спросил он.

– Собрание города! – торжественно заявила Айрис, будто эти два слова все объясняли.

– Э-э… И что в нем особенного?

– Ах да, ты же у нас еще новенький, – сказала она с лукавым видом. – В Дрим-Харборе каждые две недели проходит собрание жителей. Любой желающий может поднять вопрос, касающийся жизни города.

– Вот оно что… – протянул он.

Айрис нетерпеливо всплеснула руками. Арчер пытался не думать, какая она милая, когда увлеченно о чем-то рассказывает. Но у него ничего не получалось.

Она слишком очаровательная. Это невозможно не заметить: ни вчера, когда она вела его по фермерскому рынку, ни сейчас, когда запрыгнула на стул. Она сидела перед ним, глаза блестели от предвкушения.

– Я тут подумала, что можно пойти и спросить местных про традиционный рецепт старых блинчиков. Вдруг они подскажут, что нужно изменить.

Арчер вытер руки о полотенце, перекинутое через плечо, и скрестил их на груди. Он сделал это вовсе не для того, чтобы Айрис уставилась на его бицепсы, просто ему так удобно. Но если ей охота смотреть на его руки – что ж, он тут ни при чем.

– Подожди минутку, – сказал он. – Ты предлагаешь устроить нечто вроде народного голосования по рецепту блинов?

– Арчер, я слышала, ты добавил в них мак на прошлой неделе. – Укоризненный взгляд.

– Так и есть.

– Людям это не понравилось.

– Я в курсе.

– Вот поэтому я и подумала, что собрание – отличная возможность получить пару советов и понять, какие блины всем придутся по вкусу.

– Очень в этом сомневаюсь.

Айрис явно расстроилась. Арчеру тут же захотелось взять свои слова назад, но радовать няню не входило в список его приоритетов. Прежде всего он должен думать не о ее улыбке, а о том, как удержать закусочную на плаву и позаботиться об Олив.

– Теперь это мой ресторан и меню составляю я. Я делаю то, что считаю правильным.

В ее лице появилось что-то новое, чего он раньше не замечал. И это была… злость.

– Интересно, каково это, – произнесла она насмешливо.

– Ты о чем?

– Каково быть таким уверенным в себе. Думать, что ты всегда прав и знаешь все лучше других.

– Я не…

– Нет, правда. Я никогда так себя не чувствовала. Никогда не знала, кем хочу стать или чего желаю от жизни. Просто плыла по течению, а ты… ты другое дело. Ты прямо излучаешь уверенность, строишь планы, ставишь всевозможные цели. Такой крутой и важный шеф, который во всем разбирается и…

– Это не так, – резко прервал ее Арчер. – Уже нет. Черт, Айрис, да я еле держусь.

Айрис не сводила с него зеленых глаз, будто видела Арчера насквозь со всеми страхами и комплексами. Она покачала головой.

– Я выросла в этом городе. И со времен моего детства много чего происходило, потому что так устроена жизнь. Но блины… они всегда оставались такими же, как раньше, на фоне любых перемен. Это дарило людям чувство уверенности и стабильности. Арчер, ты понимаешь, что я хочу сказать? Людям нужны блины, приготовленные по старому рецепту. Мне нужны.

– Правда?

Она пожала плечами, будто и так сказала больше, чем собиралась.

– Закусочная – одно из немногих мест в городе, куда нынешние пожилые люди приходили еще в молодости. Это важно для них, а значит, и для меня.

– Не думаю, что это правда.

– Что именно?

– Что ты не знаешь, чего хочешь от жизни. Твоя неуверенность – надуманная. Айрис, ты потрясающе справляешься со всем, за что бы ни бралась.

И правда, он еще ни разу не видел, чтобы ей хоть что-то давалось с трудом. Со стороны казалось, что Айрис вовсе не плывет по течению, а летит по жизни птицей. Танцует, смеется и делает дни окружающих светлее. Она привнесла радость в жизнь самого Арчера, когда ему казалось, что все вокруг рушится.

– Да ну тебя, – отмахнулась она. – Как там говорится в пословице? «За все браться – ничего не уметь».

– Никто ничем не владеет в совершенстве, – возразил он. – Посмотри на меня. Я даже нормальных блинов не могу напечь.

Арчер кивнул на бардак на столешнице, будто надеясь, что она простит его и увидит в нем не самоуверенного выскочку, а человека, который сам постоянно сомневается.

Айрис сдалась и слегка улыбнулась. В мягком свете лампы ее волосы отливали золотом. В этот миг она стала для него невыносимо…

Притягательной.

– От чего этот шрам? – спросила Айрис, указывая на длинный рубец на его руке, который тянулся от локтя до запястья.

– От духовки.

Тогда он слишком поспешил – хотел доказать преподавателю, что чего-то стоит, – и задел рукой раскаленную решетку, вытаскивая противень с круассанами. Те вышли ужасными, и преподаватель, попробовав, демонстративно выплюнул кусок прямо перед всем курсом. Арчер не мог сомкнуть глаз целую неделю. Он ел на бегу, думал только о выпечке, снова и снова выпекал круассаны, пока наконец не добился идеала. А все потому, что он никогда не принимал поражений.

Во всяком случае, раньше.

Теперь, вспоминая те времена,