Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона - Арина Рекк

Отчаявшись столкнуть Рина, поднимаю руки и шлепаю обе ладони себе на лицо, пряча за ними пылающие щеки.

— Это меняет мое к себе отношение! — хочу быть убедительной, но из-за ладоней мой голос убедительность теряет.

— Ты — это ты, Лин, а я — это я. Так будет всегда, как бы ни изменилось твое тело.

— Вот именно, что пока что я Лин! Но меня зовут Каролина.

— Каролина, — он произносит мое имя, растягивая гласные, и мне становится еще хуже. Настоящее имя, сказанное вот так, звучит как натуральный соблазн. Никто и никогда. Никто. Никогда. Не произносил его так.

— Пожалуйста, — шепчу, готовая сквозь землю провалиться, и если бы не обнявшее палец кольцо, уже давно была бы где-то в другом месте.

Рин скатывается с меня с тихим смехом. И вроде вот сделал он как я сама просила, но почему тогда меня это расстраивает? И становится еще больше не по себе.

* * *

После завтрака Ринар ушел. Я просила взять меня с собой, но он отказал, объяснив отказ железобетонным аргументом — мне еще нельзя перемещаться, а перемещаться он будет много и часто. Выглядел он при отказе неприлично довольным.

— Сходи на пляж, искупайся, — посоветовал на прощанье, натягивая рубашку на голый торс, на который с переменным успехом я пыталась не коситься в течении всего завтрака.

Впервые с момента освобождения за обеденным столом я интересовалась чем-то помимо вкуса еды, потому что не получится думать, когда рядом сидит кто-то сильный, большой и горячий, да к тому же с обнаженной грудью и торсом, к которым меня так бесстыдно и крепко прижимали еще несколько минут назад. Мне бы сейчас не теплое море, а холодный душ. Тем более пляжем меня в принципе не соблазнить. Поэтому, дождавшись ухода Рина, я снова взялась за краски и кисти в попытке отвлечься от заставляющего сомневаться в собственной решимости соблюдать дистанцию утра и не думать о скорой встречи со старухой. В том, что Ринар ее найдет, я даже не сомневалась.

Встаю перед стеной, придирчиво рассматривая сине-голубой с черными разводами набросок. Снова абстракция, и снова я понятия не имею, о чем она. Решив, что картина получается слишком мрачная, окунаю кисть в небесно-голубой — щедро разбавленный белым густой синий цвет, и приступаю к работе.

Выныриваю в реальность только когда привыкший к трехразовому питанию живот начинает урчать от голода. Доев половину утренних остатков, решаю все-таки последовать совету Рина и искупаться в местном море. Купальника, и даже плавок, у меня нет, но обнажаться теперь перед Ринаром не лучшая идея, потому что сегодня утром он ясно дал понять, что не против поэкспериментировать с моим телом, ну а так как у меня другое мнение, которое сегодня слишком близко оказалось к тому, чтобы измениться, лишний раз провоцировать его, а заодно и себя, желания нет. И пусть вероятность нашей встречи на пляже мизерная, купаться я буду в рубашке.

Полуразрушенная то ли крепость, то ли небольшой замок, в котором мы обитали, находилась в десяти минутах неспешной ходьбы от пляжа с белым мелким песком. Идти туда я не боялась, Ринар сказал, что и лес у дома и даже часть пляжа надежно защищены, и проникнуть, как и покинуть, эту территорию может только мы. Первое время я опасалась купаться в незнакомых водах, в чужом мире тем более, потому что понятия не имею, чего стоит ожидать от местной фауны, но хищников тут не водилось, и об этом мне тоже сказал Ринар.

Отдыхая на спине в слишком соленой воде я лениво размышляла, кто же Ринар такой? И почему наша магия так созвучна, но отличается в мелочах? И что еще я умею из того, что может он? Вчера под воздействием эмоций его глаза изменили цвет, изменилось и лицо, а еще хищники предпочитают держаться от него подальше. Нужно было расспросить обо всем Рина и не ломать сейчас голову, но пока он сидел напротив меня полуголый эти мысли даже не мелькнули в сознании.

Я дрейфовала на спине, поглядывая периодически в сторону берега. И хотя из-за волнения моря сам пляж не было видно, высокий холм острова просматривался хорошо.

Наплававшись до размякшей кожи на пальцах, я перевернулась на живот и поплыла к берегу. Свою ошибку я поняла, стоило только приблизиться к белой полоске пляжа — меня отнесло течением далеко в сторону. Я не успела изучить остров, предпочитая проводить время в доме, и теперь не могла бы сказать как далеко оказалась от того места, где входила в воду. Но берег казался пустым, так что я, подавив первую волну страха, решила просто пройтись немного вдоль воды. Наверное плыть было бы безопаснее, но по песку быстрее. Я просчитала все риски, учла и то, что старуха наверняка истощена, и даже окажись она сейчас прямо передо мной, я, как минимум, быстро бегаю. Решила, что эта прогулка — первый шаг к тому, чтобы взглянуть своим страхам в лицо. Вышла из воды, огляделась придирчиво к деревьям, которые сейчас казались слишком близкими. Сколько до них? Несколько метров? Снова чувствую прилив страха, толчок сердца в ребра. Неосознанно цепляюсь пальцами за висящую на шее цепочку и артефакт. В крайнем случае я всегда могу стянуть кольцо, и тогда Ринар найдет меня позже, ведь так? Мне казалось, что я просчитала все риски. Но я ошиблась.

Я забыла, на что способны смотрительницы. Слишком расслабилась рядом с Ринаром и проиграла еще до того, как началась борьба. Даже не поняла, что произошло, просто спину обожгла боль, просто ноги подкосились. Новая боль в затылке приводит в чувства, заставляет обернуться, чтобы увидеть в нескольких метрах от меня старуху, которая замахивается, удерживая в ладони увесистый камень. Я сама не напала бы со спины, тем более бы не кинула в человека камнем, не ожидала этого и от нее. Глупо. Очень глупо.

Старуха сильно сдала, одежда превратилась в лохмотья, но больше всего удерживали внимание пылающие безумием глаза.

Как в замедленной съемке наблюдаю за полетом камня, не давая тому встретиться с моей головой поднимаю руку. Резкая боль, от которой ослепленное сознание на миг смещается, но тут же возвращается на место, будто ускоряя время, заставляя меня наконец-то действовать.

— Тварь, — не голос, но хриплое, полное лютой ненависти карканье, и я пытаюсь встать, отталкиваюсь ногами, но мелкий песок скользит под пятками. Старуха ускоряется, несется ко