Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

Она гладит другую мою ладонь кончиками пальцев, и её глаза всматриваются в мои.

— Знаешь, это правда был отличный поцелуй, — говорит она тихо. — На случай если ты сомневался в этом или типа того. Как минимум, знаешь, с моей стороны.

В моём теле вибрирует удовольствие.

— Я тоже так подумал.

— Определённо убедительный, — говорит она, глядя на мои губы. — Они точно повелись.

— Определённо.

— Итак, — она прочищает горло, моргнув. — В прошлый раз ты поцеловал меня. Давай в этот раз я поцелую тебя? Справедливо.

— Ты поцелуешь меня?

Она серьёзно кивает, снова глядя мне в глаза.

— И лучше бы ты ответил на поцелуй.

Я чувствую редкий порыв улыбнуться, а в груди вибрирует странная привязанность.

— Я обещаю ответить на поцелуй. Ради правдоподобности, конечно же.

— Правдоподобность, — Би улыбается. — Конечно.

Воздух становится теплее, пространство между нами делается тяжёлым от молчания. Я нарушаю его, делая последний шаг, отчего мы оказываемся нос к носу, пока ветер заставляет её юбку раздуваться навстречу моим ногам.

— Готова? — шепчу я.

Она медленно привстаёт на цыпочки, не сводя глаз с моего рта.

— Надеюсь.

Я наклоняюсь, сокращая расстояние между нами.

Когда наши рты встречаются, я меньше всего думаю о правдоподобности.

Глава 19. Би

Джейми наклоняется ближе, тёплый и высокий, и его ореховые глаза сияют, когда он смотрит на меня. Мои колени слегка слабеют, и я не хочу хвататься за его рубашку, сминая ткань в кулаках, но я делаю это. Мне нужно держаться за что-то, что послужит мне якорем, пока мир вокруг меркнет.

Его ладони нежно ложатся на основание моего горла, большие пальцы проходятся по ключицам. За ними под моей кожей расходится дождь искр, а сердце бьётся о рёбра.

Мне принудительно напоминают, что мне выпали паршивые карты. Намного легче целовать кого-то в пылу момента, как сделал это Джейми в боулинге. Но сейчас? Сейчас это мне приходится целовать его, пока лунный свет купает его прекрасное лицо иномирным свечением, а ветер бросает мою юбку в его сторону, будто сама природа подталкивает меня к нему. Моя решительность рассеивается. Это не ощущается безопасным или фальшивым.

Это ощущается опасно реальным.

— Беатрис, — шепчет он, отвлекая меня от моих бушующих мыслей.

Мои глаза встречаются с его.

— Хмм?

Наши взгляды встречаются, затем привлекают нас ближе. Я вдыхаю его — запах шалфея, кедра и туманного воздуха. Когда я выдыхаю, выдох становится глубже и даётся чуточку легче.

— Это я, — напоминает Джейми, будто он каким-то образом знает, что мне нужно напоминание о том, что я не повторяю историю. Что с ним я преобразую то, что было сделано со мной почти два года назад.

Тогда я думала, что нашла любовь, а это оказалось ложью. Теперь я живу во лжи, которая не имеет шанса стать любовью. Этого я хочу, и это я получаю с Джейми — границы и доверие, может, даже немного дружбы. С ним я в безопасности.

Привстав на цыпочки и хватаясь за него ради храбрости, я гадаю, вдруг то, что мы делим, эта инверсия того, что меня сломало, окажется именно тем, что сделает меня вновь цельной.

Мои губы скользят по его губам, легко и мягко. Он втягивает быстрый хриплый вдох, отстранившись настолько незначительно, что я чуть не упускаю это. Но я замечаю. И я жду. Терпеливо. Неподвижно. Взгляд Джейми бродит по моему лицу, его ладони скользят вверх по моему горлу, и весь воздух вырывается из меня, следуя за его прикосновением.

Когда кончики его пальцев проходятся по моим щекам, я закрываю глаза, теряясь, когда его губы снова встречаются с моими в более глубоком и благоговейном поцелуе. Он вздыхает, когда я отпускаю его рубашку и обвиваю руками его талию, прижимая его к себе, грудь к груди, колотящееся сердце к колотящемуся сердцу. Я чувствую вкус зелёного чая, который он пил за ужином, отголоски перечной мяты, что-то тёплое, головокружительное и идеально свойственное ему.

Мои ноги растекаются, когда его язык скользит по моему. Всё, что я знала о Джейми — это его сдержанность, его контроль, и всё же вот он, пробует меня на вкус, хрипло постанывает, теряет себя во мне, пусть даже на такой беглый момент. От этого мои глаза пощипывает от слёз.

Я была права. И я ошибалась. Целуя Джейми, я чувствую, что пусть я в безопасности... мне также грозит опасность. Нет, он не причинит мне той боли, которую я испытывала раньше, но он может заставить меня вновь поверить. В то, что я потеряла. В то, что я едва ли надеялась почувствовать вновь. В то, на что мне ужасно страшно надеяться и пойти на риск, вдруг эти надежды будут разбиты.

Его ладони дрейфуют от моего лица к бёдрам, привлекают меня ближе, к его твёрдой тяжёлой длине, натягивающей слаксы. Моя голова запрокидывается, его губы проходятся по моей шее, его прикосновения бродят вверх по рёбрам, большие пальцы ласкают нежные округлости грудей, дразня всё ближе и ближе к соскам. Я подаюсь навстречу его касанию, вжимаясь каждой частицей своего тела в каждую частицу его тела.

— Пожалуйста, — шепчу я.

Джейми мягко улыбается мне в шею, его ладони скользят вниз по моему телу, обхватывая мою задницу, подвигая меня к нему.

— Пожалуйста что, Беатрис? Что тебе нужно?

Этот голос. Низкий и хрипловатый, будто он держится на волоске, когда мне хочется, чтобы он сорвался.

— Мне нужно… — но я беспомощно лишена дара речи, пока Джейми сминает мою задницу, крепко прижимается своим твёрдым, толстым стволом ко мне прямо там, где я отчаянно жажду разрядки, гонясь за чем-то томительным, сладким и мучительным...

БАМ БАМ БАМ.

Мои глаза распахиваются, подмечая мир вокруг меня. Спальня. Свет солнца. Тёплые простыни. Воздух со свистом вырывается из меня, когда я сажусь, и пульсация неудовлетворённой разрядки резко ощущается между ног. Моя дверь опять дребезжит от трёх сильных ударов.

Тогда я осознаю, что мой будильник на телефоне играет 30 секунд акустической гитарной мелодии. Судя по времени сейчас в сравнении со временем, на которое я ставила будильник, это продолжается уже час. А я-то думала, что в моих снах просто отменные саундтреки.

— Я больше не могу это терпеть! — орёт Джулс.

— Прости! — кричу я в ответ. Потянувшись к телефону, я выключаю будильник, затем бросаюсь обратно на кровать и зарываюсь головой под подушки.

Этот сон. Вау.

Вот только это был не совсем