Герцоги предпочитают блондинок - Лоретта Чейз

Сердце у Клары колотилось отчаянно, казалось, вот-вот вырвется из груди. Все двадцать два года воспитания истинной леди требовались ей сейчас, чтобы сохранять внешнюю невозмутимость.

— Снова бредите? — поинтересовался Рэдфорд.

— Напротив, — ответила она, — рассматриваю вопрос без гнева и пристрастия. Я побывала на краю смерти…

— Вы не были на краю смерти, — резко ответил он, — рядом с вами был я.

— Но не будь здесь вас, — возразила Клара, — милостью доктора Марлера мне бы точно не жить. Так вот, я могла умереть, не совершив в жизни ровно ничего достойного, если не считать спасения одного не слишком умного мальчишки, за которого тревожилась сестра. Я поняла, что до сих пор тратила жизнь попусту.

— Но вам всего двадцать два!

— Искать жениха поздно, — продолжала она. — Почти все, кто дебютировал в одном сезоне со мной, уже замужем. У некоторых и дети есть. Я надеялась… ну, неважно на что. На глупость. Думала о том, чтобы вообще не выходить замуж, но это тоже глупо. Давно следовало понять, что роль эксцентричной старой девы не для меня. Я не смогу поселиться в шатре в Аравии.

— Да кто говорит, что вы должны жить в шатре? Что за чушь?

— Просто напоминаю, что у леди выбор невелик, — объяснила Клара. — Меня растили как будущую жену аристократа; это единственное, что я умею. И не хочу выходить замуж за джентльмена, решившего сделать мне предложение, потому что в нынешнем году это модно. А ваш кузен не производит впечатление человека, следящего за модой. Ему просто нужны наследники, а для этого не обойтись без жены.

Кровь отхлынула от щек Рэдфорда, и на побледневшем лице ярче обозначился слегка поблекший желто-зеленый фингал.

Остается лишь надеяться, думала Клара, что он слишком поражен и не может мыслить ясно. Иначе непременно догадается, к чему она ведет.

— Более того, если уж я должна порадовать маму и стать герцогиней, стоит выбрать такого герцога, с которым моя жизнь не будет утомительно однообразна, — продолжала Клара. — А все, что вы мне рассказывали, доказывает, что герцог Малверн способен бросить вызов моему уму и изобретательности. Очевидно, ему нужен тот, кто будет поддерживать порядок в хозяйстве. Вы займетесь его земельными владениями, но сосредоточитесь в основном на управлении собственностью и юридических вопросах. — Она помахала в воздухе изящной ручкой. — Будете общаться с приказчиком, управляющим и заниматься прочими мелочами.

— Счастлив узнать, что с вашей точки зрения это мелочи, — сдавленным голосом проговорил Рэдфорд.

— Но его светлости необходима женщина, способная взять в свои руки его домашние дела. А меня готовили как раз к тому, чтобы руководить герцогским домом. Поскольку, как вы знаете, меня прочили в жены Кливдону…

— Мой кузен не Кливдон! — рявкнул он. — Бернард — кошмарный тип! Помните, как вы с ним познакомились много лет назад? Так вот, в тот день вы еще видели его с лучшей стороны! Бернард просто отвратителен!

— Совсем как нищие, за права которых вы боретесь.

— Но я при этом с ними не живу!

— Его светлости принадлежит несколько резиденций, и все весьма обширные, — ответила она. — Мне не придется иметь с ним дело дольше, чем я смогу выносить.

— Его нельзя выносить ни минуты! — взревел Рэдфорд. — Клара, как вы можете?…

— Вот и моя мама всегда об этом спрашивает, — задумчиво сказала Клара, не отрывая глаз от камина.

Уголком глаза она видела, как Рэдфорд сжал, а затем разжал кулаки.

— Не для того я вас выхаживал, чтобы бросить в объятия жирного Бернарда, — сказал он.

Клара быстро взглянула на него. Казалось, Рэдфорд восстановил самообладание: бледность исчезла, лицо стало по-обычному спокойным и отстраненным. Но блеск в глазах говорил о том же, что и сжатые кулаки.

— Матушка хочет выдать меня за герцога, — продолжила она. — Если я не стану герцогиней, для нее это будет тяжелый удар. К тому же леди Бартэм, ее приятельница с ядовитым языком, после этого не даст ей жить спокойно. Так что это мой долг. Беда в том, что с Кливдоном у меня не сложилось, а молодые герцоги, знаете ли, на дороге не валяются…

— Черт возьми, Клара, не нужен вам никакой герцог!

— Но матушка…

— К дьяволу вашу матушку! — взревел он. — Дура вы этакая! Вам нужен я!

Наступило такое глубокое молчание, что треск углей в камине казался грохотом артиллерии.

Сердце у Клары понеслось вскачь, ладони вспотели. Она приподняла брови слегка, не слишком сильно, и ответила:

— Да неужели?

Лишь после того как его слова вылетели изо рта, Рэдфорд понял, что сказал. И это наглядно показало состояние его ума, точнее, его безумие.

Он скрестил руки на груди, подошел к окну и выглянул на улицу. Но не увидел ничего, кроме клубящихся грозовых туч в собственном мозгу.

— Какая чушь! — сказал он оконному стеклу.

— Вот именно, — донеслось из-за спины. — Даже не представляю, для чего бы вы могли мне понадобиться? Разве только если вдруг решу, что мне в жизни не хватает трудностей…

Рэдфорд развернулся.

— Вы не выйдете за Бернарда.

Клара сидела в позе герцогини, с идеально прямой спиной, подняв подбородок.

— Еще как выйду, — ответила она. — Если не получу предложения получше. Нужно же мне за кого-то выйти замуж!

«За меня! — беззвучно завопило второе «я». — Вот я! Выходи за меня!!»

Рэдфорд едва не выпалил это вслух. Но удержался.

Он смерил Клару свирепым взглядом. Чеканя шаг, подошел к камину. Одна из фигурок на каминной полке изображала наяду Дафну в процессе превращения в дерево. Он сдвинул фигурку на дюйм влево. Положил на полку ладонь.

Такую позу Рэдфорд принимал много раз. Склонив голову, положив руку на барьер, отделяющий место барристера от скамьи присяжных, готовился начать свою речь. Беда в том, что сейчас он был и обвинителем, и защитником. Сам он хотел представлять Разум. А второе «я» выступало в интересах противоположной стороны, которую можно охарактеризовать… ну, примерно как «К черту осторожность, логическое мышление и все основы нормальной жизни!».

— Вы пытаетесь придумать, как вывернуться, — сказала Клара. — Я же вижу.

Слишком уж много она видит! Рэдфорду вспомнилось, как на Чаринг-Кросс, встретив Джейкоба Фрима и Резуна всего на пару секунд и при весьма опасных обстоятельствах, Клара сумела во всех деталях описать их внешность. Запомнила, как они выглядели, во что были одеты, подробно описала экипаж, на полной скорости несшийся прямо на нее.

— Я погорячился, — признал Рэдфорд. — Ваша идея взять в мужья Бернарда так поразила меня своим немыслимым идиотизмом, что, как видно, вызвала временную потерю рассудка.

Когда Клара сказала, что Бернарду нужны только наследники, услужливое воображение немедленно подсунуло Рэдфорду картинку, на