Три дня нашей страсти. Во власти Змеиного леса - Лера Виннер

— Не стоит. Он и без того с тобой согласен, — направляясь к выходу, я махнула рукой миссис Колби.

Эта миловидная низкорослая женщина, при первой встречи строго посмотревшая на меня поверх очков в толстой старомодной оправе, на деле оказалась редактором, о котором можно только мечтать — легким на подъем, смелым и обожающим свою профессию.

Сейчас она только махнула рукой мне в ответ, а потом все же строго погрозила пальцем.

Мама тем временем издала еще один тяжелый вздох:

— Я давно заметила, что он умен. И рада, что ты выбрала себе в мужья человека, способного держать тебя в узде. Хотя и не понимаю, почему вы продолжаете сидеть в этой глуши. В Лос-Анджелесе у него могло бы быть прекрасное будущее.

Она ворчала просто потому, что считала обязанностью бабушки ворчать, а я постаралась улыбнуться так, чтобы мое веселье не послышалось в голосе.

— Значит, работа на таком сроке для меня вредна, а переезд полезен? Что вы об этом скажете, доктор?

На деле срок был не таким уж катастрофичным, без малого семь месяцев, но живот оказался неожиданно большим и почему-то вызывал у окружающих непреодолимое желание усадить меня на место помягче и запретить что-либо делать.

Мама хмыкнула, очевидно, сдаваясь.

— Пусть не сейчас, но потом. Когда ребенок родится. Вы правда не думаете об этом?

Я лишь в последний момент успела прикусить язык и не сказать ей, что ее внуку, который родится не совсем человеком, лучше будет первые годы жизни провести поближе к Змеиному лесу.

В одном Эйдан точно был прав — такие новости не следовало сообщать по телефону.

На мой взгляд, их и вовсе следовало сообщать ему.

Когда мы приехали в Лос-Анджелес, я первым делом напросилась к родителям на ужин, чтобы сказать им о том, что переезжаю.

Услышав, что я приду не одна, мама проявила сдержанную настороженность, отец был откровенно рад.

Я не думала о том, что стану делать, если Эйдан им не понравится или они не смогут найти общий язык, но тот вечер прошел чудесно. Он держался так, как и подобает держаться настоящему Королю, а я, наблюдая за ним, с каждой минутой убеждалась в том, что сделала на пороге отеля верный выбор.

Среди большого города он показался мне совсем другим, — более собранным и очень современным, — и этим понравился еще больше.

— Но зачем? — услышав про Нэзвилл, отец отложил вилку. — Если вы опасаетесь проблем с работой…

— У Эйдана свой музыкальный магазин. К тому же, мне там понравился. Нэзвилл — чудесный город, — я ответила за него и улыбнулась, думая о том, что родители даже не представляют, сколько на самом деле в моем новом доме чудес.

И все же я до последнего опасалась, что они не приедут, выразят свой молчаливый протест отказом присутствовать на свадьбе, но они приехали.

Ни Эйдан, ни отец так и не рассказали мне, о чем так долго говорили в магазине накануне бракосочетания, но что-то с того дня неуловимо переменилось. Казалось, впервые я вызвала у своих родителей такой интерес, а мама, всегда такая строгая, несгибаемая и не дававшая даже шанса моим мечтам и желаниям, вдруг стала прислушиваться ко мне.

Единственным, что вызвало у нее откровенное недоумение, стало мое подвенечное платье.

— Почему такой странный цвет?

— Он идет к ее глазам. К тому же, оно сшито вручную, — на выручку мне пришла стоявшая рядом Марта.

Платье, в котором я вышла замуж, было великолепно. Кремовый шелк с легким зеленоватым отливом, — его действительно сшили вручную, а потом в ход пошло то, что Зои, хитро улыбаясь, назвала магией Змеиного леса.

Этот оттенок изумительно подошел не только к моим глазам.

Впервые глядя на мир из высокой травы, приподнявшись над ней, я любовалась не только им, но и отражением в зеркале, которое держал Эйдан. Из него на меня смотрела огромная, похожая на питона змея нежно-салатового цвета с золотистым брюшком.

Это существо было мной или я была им — так сразу оказалось не разобрать, но это новое отражение в зеркале оказалось восхитительно.

Другая форма тела не меняла сознания, а возможность общаться мысленно приводила в восторг.

Мы много времени проводили в лесу в первые месяцы. Король учил меня чувствовать новое тело и управлять им, показывал, как обращаться с ним правильно.

Я даже пропустила момент, в который оно стало для меня естественным.

— Кажется, кто-то скоро начнет страдать нарциссизмом, — заметил Эйдан со смехом, в очередной раз застав меня в змеиной форме на берегу у водопада.

В ответ я только качнула хвостом, радуясь тому, как ловко научилась это делать.

К новой форме тела действительно прилагались скорость и выносливость, но и безупречный слух и восприятие запахов.

А еще в дополнение ко всему этому шла невероятная чувствительность.

Каждый раз, когда я занималась с Эйданом любовью до своего обращения, был хорош, но теперь наша близость превратилась в настоящий фейерверк и праздник.

Извиваясь под ним или опускаясь на его член, я сходила с ума не только от страсти, но и от того, какими яркими стали теперь ощущения. Всякое касание, даже самый легкий поцелуй, даже пристальный взгляд — все это отзывалось в теле россыпью ослепительных теплых искр.

Более того, мне казалось, что и для Эйдана это изменилось тоже. По тому, как он дышал, как двигался, как прикасался ко мне после я видела, что и он теперь чувствует меня совершенно иначе.

Быть может, потому что он иначе чувствовал змей.

Быть может, потому что мудрый лес сделал меня его Королевой, прежде чем он сам на это решился.

Все это в совокупности было много лучше, чем быть просто человеком.

Работа в местной газете тоже оказалась неожиданно интересной. Пусть насыщенностью информационного пространства Нэзвилл и не мог сравниться с Лос-Анджелесом, но здесь нашлось на удивление много тем, на которые можно писать. Люди в маленьком городе и правда оказались чудесными, и детектив Бэрроу, покапризначав для вида, согласился предоставить мне целую подборку интересных историй из своей практики.

Удивительно, но мы с ним стали почти что друзьями.

По крайней мере, он первым подошел, чтобы поздравить меня в первую ночь, которую я провела в Змеином лесу в своем новом облике.

В ночь моей коронации.

Появление Королевы змеи приняли поразительно легко, — как будто сам лес нашептал им что-то, сумел убедить их в том, что я хорошая партия для Эйдана.

Решение завести ребенка стало для нас обоих почти спонтанным. Просто мы наблюдали за чужими малышами в