История дворца Куньнин. Книга 2 - Ши Цзин

знакомую барышню. Ю Фанъинь! Что ж, народная мудрость гласит, что враги сталкиваются на узкой дорожке. До Люй Сяня недавно дошли слухи, что Жэнь Вэйчжи вновь получил приличную сумму. Торговец тайком разузнал, что деньги дала вторая барышня Ю из дома Цинъюань-бо и Ю Фанъинь как раз в то время заходила на постоялый двор. Тут он совсем растерялся. Выходит, в истории с сырым шелком и правда замешан род Цинъюань-бо, а ничем не примечательную дочь наложницы использовали как прикрытие?

При этой мысли Люй Сянь изобразил на лице улыбку. Длинное одеяние сидело на нем безупречно, подчеркивая благородную стать. Мужчина сам подошел к Ю Фанъинь и сложил руки в учтивом приветствии.

– Кажется, мы уже здесь встречались. Говорят, вы тоже ведете дела с господином Жэнем. Вот так совпадение: я и сам сегодня к нему! Не хотите пройти наверх вместе со мной?

Ю Фанъинь вздрогнула. Она до сих пор должна была находиться под стражей. История о том, как она и Ю Юэ угодили в ямэнь, не вызывала гордости, и семейство Ю не предавало ее огласке. Только когда сестрица вернулась во дворец, Ю Фанъинь выбрала подходящий день и попросилась на свободу, чтобы наконец заняться поручениями Цзян Сюэнин. Встретить Люй Сяня она не ожидала. А уж тем более не думала, что он заговорит первым.

Тот, видя, что девушка долго молчит, осторожно переспросил:

– Барышня?

Ю Фанъинь опомнилась, но повела себя сдержанно. Она ведь ничего не знала об этом человеке: ни кто он, ни зачем подошел. Да и с Жэнь Вэйчжи ей предстоял разговор деликатный, и присутствие посторонних было некстати.

– Мы с вами не знакомы, – ответила она, опустив голову. – Я пойду сама.

Люй Сянь, долго вращавшийся в деловых кругах, не привык, чтобы ему отказывали так прямо.

«Не знакомы…» – повторил он про себя, и улыбка застыла у него на губах.

– Вы правы, барышня.

Ю Фанъинь вежливо поклонилась ему, поблагодарила хозяина постоялого двора и, не поднимая глаз, пошла наверх. Люй Сянь проводил ее взглядом. Чем выше она поднималась, тем сильнее волновалась. У двери Жэнь Вэйчжи девушка глубоко вдохнула и закрыла глаза, заставляя себя успокоиться и набраться решимости.

– Господин Жэнь, вы здесь?

Тот в последнее время почти не покидал постоялый двор. Получив первые деньги и встретив желающих вложиться в соляной промысел, он снова обрел надежду вернуться в Сычуань и возродить семейное дело. Молодой человек выглядел не таким измученным, и в его взгляде прибавилось живости. Его даже можно было назвать привлекательным.

Он с улыбкой пригласил гостью войти:

– Вчера, получив ваше сообщение, я больше не выходил, но не ожидал, что вы придете так скоро.

Ю Фанъинь села, достала из рукава два предмета и положила на стол: слева – две расписки на сумму в десять тысяч лянов, справа – тонкий лист бумаги с датой и часом своего рождения[60]. Жэнь Вэйчжи поглядел и замер.

– Барышня Ю сегодня…

– Я пришла, чтобы вложить деньги в дело, – спокойно пояснила девушка.

У него дрогнуло сердце, и он едва не выпалил, что десяти тысяч более чем достаточно. Однако же, поглядев на лицо гостьи, он понял, что все не так просто. Поколебавшись, Жэнь Вэйчжи промолчал, а Ю Фанъинь действительно добавила:

– Но у меня два условия.

– Прошу, говорите, – сказал молодой человек, принимая серьезный вид.

Сидя напротив с идеально ровной спиной, Ю Фанъинь произнесла:

– Во-первых, в договоре следует прописать, что мою долю можно передать третьему лицу и вы не вправе этому препятствовать.

Жэнь Вэйчжи сразу нахмурился, но через мгновение его лоб разгладился.

– Найти тех, кто согласен вложиться, не так уж просто. Если вы готовы участвовать в деле, я смогу запустить солеварню, как только получу деньги. Кому достанется ваша часть прибыли, для меня не имеет значения. В торговой практике подобного не бывало, но почему бы и нет?

Это означало согласие. Ю Фанъинь кивнула.

– А второе условие?

Девушка сложила руки перед собой, на миг опустила глаза, помолчала, а затем вновь поглядела ему в лицо:

– Женитесь на мне.

Жэнь Вэйчжи посмотрел на миловидную барышню и онемел от потрясения.

* * *

Люй Сянь был всем хорош: и умом не обделен, и хитростью. Вот только характер у него не подарок. Не любил никому уступать. Поэтому перед тем, как отправиться во дворец, Се Вэй все же отдал вернувшемуся Цзянь Шу распоряжение:

– Люй Чжаоинь действует наперекор правилам, а в столице и без того неспокойно. Некогда мне заниматься этой Ю Фанъинь. Пусть Дао Цинь пока выполняет поручения Люй Сяня, иначе тот все время потратит на пустые дела.

– Слушаюсь, – улыбнулся Цзянь Шу.

Лишь тогда Се Вэй опустил занавеску на окне экипажа и поехал в Запретный город. Хотя у него были занятия, лекции императору он в этот день не читал и совещаний при дворе не предвиделось, поэтому младший наставник отложил выезд на более поздний час.

Когда он прибыл в павильон Фэнчэнь, Ван Цзю из Ханьлиня уже закончил урок каллиграфии и ушел. Пока барышни отдыхали и щебетали между собой, Чжоу Баоин незаметно улизнула из зала и спряталась за одну из толстых колонн в галерее. Ее лицо озаряла улыбка, а глаза сияли. Девушка бережно вытащила из рукава маленький промасленный сверток, явно набитый лакомствами. Осторожно развернула бумагу, пересчитала все, что было внутри, и тяжко вздохнула:

– С каждым разом все меньше, но нельзя же снова идти к сестрице Нин за добавкой. Это было бы уже слишком…

Се Вэй, проходивший мимо, знал, что барышня из дома Чжоу любит поесть, и сначала не обратил на нее внимания. Однако, когда та достала пирожное «Персиковые лепестки», остановился. Чжоу Баоин как раз опустила глаза и откусила немного, как вдруг заметила перед собой край синего даосского одеяния. Она вздрогнула, и ее взгляд скользнул вверх по ткани. Увидев младшего наставника, девушка перепугалась и вынула кусочек изо рта.

– Здравствуйте, господин Се, – чинно поприветствовала она.

Младший наставник посмотрел на ее руку, а затем на бумажный сверток.

– Во дворце вчера тоже готовили «Персиковые лепестки»? – доброжелательно улыбнулся мужчина.

Черты его лица были изящными и тонкими, а улыбка еще больше смягчала их – словно горный пейзаж, тронутый тушью. Чжоу Баоин сразу же перестала бояться. Она общалась с младшим наставником лишь на занятиях, однако сердце подсказывало, что он человек добродушный. Поэтому барышня тоже улыбнулась и радостно произнесла:

– Вроде бы нет, но у сестрицы Нин они были! Эти пирожные она мне дала. Они такие вкусные! Гораздо вкуснее, чем раньше готовили