Судьбы мертвых - Тесия Цай

– Твоя искренность не смешна, – пробормотал он.

Я ухмыльнулась:

– Не я виновата, что ты не умеешь принимать похвалы.

Он рассмеялся, посмотрел на меня, и лицо его смягчилось. Мое сердце пустилось вскачь от пылкости в его взгляде.

– Сиин, – начал он, – то, что мы обсуждали у тебя дома. Я…

– Ваше высочество.

Мы оба подпрыгнули от звука голоса, повернулись и увидели за нашими спинами одного из министров. Тревожные морщины залегли у него на лбу и в складках у рта.

– Принц Жэньшу. – Он оглянулся на остальных чиновников. Они склонили головы, когда Жэнь посмотрел в их сторону. – Мы должны отвести вас к царскому целителю. Когда вы поправитесь, вас ждут документы на рассмотрение и бумаги на подписание. Поскольку ваш отец все еще в постели…

– Я желаю видеть его, – прервал Жэнь. – Моего отца. Мне нужно многое с ним обсудить, включая намерение стать наследным принцем.

Я смотрела на него и думала о том, как Лицинь признался в отравлении матери Жэня. Наверняка у Жэня был миллион вопросов.

– Разумеется, ваше высочество. Также остается открытым вопрос о царской печати. Поскольку вы отдали ее врагу…

– Союзнику, не врагу, – поправил Жэнь.

Министр скривился, но кивнул:

– Прошу простить. Поскольку она сейчас у союзника, мы должны обсудить законность ваших заявлений на престол…

– Сперва мой отец.

– Нет, – вмешалась я, притянув любопытные взгляды чиновников. Большая их часть все еще с опасением относилась к жрице, вломившейся в приемный зал с армией скелетов. Я не могла их винить. Мне еще предстояло разбираться с тем, что я натворила.

– Нет? – повторил Жэнь, встречаясь со мной взглядом.

– Сперва целитель, – напомнила я ему. – Нельзя позволить твоей ране воспалиться. Это будет невероятно дурацкой ошибкой после того, как ты уже решил занять трон.

Чиновник застыл, пораженный моим презрением к этикету.

Жэнь только закатил глаза и кивнул:

– Хорошо. Но ты идешь со мной.

Глава 28

Я не осталась с Жэнем надолго. Вскоре после прибытия в покои царского лекаря меня забрал один из помощников, чтобы осмотреть лично. К тому времени, как мою голову должным образом обеззаразили и перевязали, а на запястье наложили новую шину, Жэня уже утащили министры – разбираться с первой волной государственных дел.

Я немедленно начала готовиться к пути домой, несмотря на то что раны еще саднили. Сперва я нашла и подняла скелетов, рассеянных по моему пути войны, понимая, что за каждым моим движением следят нервные взгляды. Я понимала осторожность придворных и дворцовых слуг. В конце концов, я принесла разорение через их ворота.

Перед теми, кто готов был слушать, я склоняла голову и извинялась. Но я знала, что пройдет время, прежде чем их страх отступит.

Сосредоточившись на скелетах, которым я тоже нанесла обиду, я правила вывихнутые кости, где надо – подвязывала бинтами, которые мне выдал помощник лекаря. Потом, держа в руке персиковый посох, заставила трупы собраться на переднем дворе.

Каждая мышца в моем теле молила об отдыхе, и я хотела лишь свернуться в постели и проспать неделю. Но у меня был долг перед жителями Сятана – и живыми и мертвыми, – привести этих мужчин обратно к близким. Будь проклята моя усталость – я могла поспать уже по возвращении домой. А вот бывшие защитники Сятана достаточно долго ждали возможности вернуться в свои дома.

Их устремление льнуло ко мне, подобно отчаянным объятьям. Раньше я была настолько ослеплена собственным гневом, что не замечала печали за их яростью.

Я взирала на потрепанных скелетов с раскаянием. Это был последний раз, когда я направила на них свою силу. И в этот раз я не заставлю их выполнять мои эгоистичные цели: я отведу их домой.

Брякнув колокольчиками, я устремила взгляд на залы, простирающиеся за рядами черепов. Где-то в этом дворце с золотой крышей будущий наследник Сыань уже зарылся в стопки бумаг, если только не навещал отца. Вежливо было бы попрощаться. Но то, что было правильно, вытесняло вежливость. Мы оба должны были взвалить на плечи ответственность, и я не хотела, чтобы кто-то из нас отвлекался. Я оставила сообщение со слугой и начала свой путь в Сятан.

Жители бывшего города мастера Чжана были, разумеется, взволнованы при виде своих потерянных мужчин, вернувшихся домой. Выглядя более живыми, чем раньше, они плакали, и праздновали, и передавали вокруг чаши с вином, после того как провели достойные похороны. Я осталась на время проведения погребальных обрядов. А потом попрощалась с Фэйлинь и ее матерью, ведь мне уже не терпелось вернуться домой.

Прежде чем мы расстались у городских ворот, Фэйлинь схватила меня за руку.

– Спасибо, госпожа Кан, – сказала она, блестя темными глазами. – Спасибо, что вернули мир в мой город. И пусть этого никогда не будет достаточно, мы с местными собрали плату за ваши услуги.

Я опустила взгляд на кошель с деньгами, который Фэйлинь вложила мне в руку. И немедленно оттолкнула его.

– Нет, – сказала я, в кои-то веки ощущая монеты в ладонях как бремя. – Вы ничего мне не должны. Это мне нужно благодарить вас за прощение вопреки всему, что я сделала.

Фэйлинь ответила доброй улыбкой, сжимая мои пальцы:

– Я понимаю, почему вы это сделали. Но в итоге вы привели их всех назад. Только это и важно. У вас доброе сердце, госпожа Кан. Возьмите деньги, прошу.

– Нет, – уже мягче повторила я. – Вложите их в ваш город. У меня такое чувство, что в будущем вы станете принимать больше гостей, так что никогда не знаешь, когда потребуется лишняя помощь.

– Принц уже прислал нам плату за предыдущий ущерб. Этого было более чем достаточно.

Я удивилась, но все же настояла, чтобы она оставила деньги. Я шла домой, и в карманах моих было так же легко, как и на душе. Что-то, похожее на гордость, согревало сердце. Похоже, Жэнь уже выполнял свои обещания.

Наконец-то добравшись до Байму больше недели спустя, я нашла Лилань ожидавшей меня на ступенях храма. Я готовилась к шквалу криков и нападок – или даже к холодному молчанию. Но сестра метнулась через весь двор и обхватила меня за талию. И пока она плакала от облегчения у меня на плече, на меня снизошло странное озарение: она ведь теперь ростом с меня.

– Я думала, ты погибла, цзе! – Лилань дрожала всем телом. – Я слышала истории о резне в царском дворце и была уверена, что чиновники тебя обезглавили! Что случилось? Где скелеты? Почему ты вся в бинтах?

Я похлопала ее по спине, вдыхая знакомый запах согретого солнцем хлопка и лимонного сорго.

– Мне так жаль, мэй. Ты оказалась права во всем. Я была ужасной