Судьбы мертвых - Тесия Цай

– Ты не была… ужасной. – Лилань шмыгнула носом и отстранилась, осматривая меня. – Ладно, ты была вполне себе ужасной.

Я скривилась:

– Ты сможешь когда-нибудь меня простить?

Лилань вздохнула:

– Конечно, я тебя прощаю. В конце концов, мы же семья. Но ты можешь пообещать… пообещать больше стараться?

Я кивнула:

– Обещаю.

– Хорошо. – Она улыбнулась. – А теперь расскажи, что случилось с тех пор, как мы расстались.

Мы вместе пошли на кухню, и я рассказала ей все за чайником имбирного чая, ее любимого. Мы проболтали весь день до вечера, прервавшись только на то, чтобы вместе приготовить ужин. Я уже так давно нормально не разговаривала с сестрой, и у нас обеих накопился целый океан историй друг для друга. Но я была не против тратить часы на то, чтобы говорить и слушать. В кои-то веки мне нравилось, что я сижу на месте.

А голос сестры еще и помогал отвлекаться от зияющей бездны отсутствия ба. Его смерть была слишком недавней, слишком свежей, приносила больше мучений, чем телесные страдания. Но рядом с Лилань в нашем доме боль почему-то притуплялась. И как сказал отец, я должна была верить, что в итоге научусь жить без него.

Лилань нашла меня позже вечером стоящей в комнате ба, рядом с его пустой постелью. Его уже похоронили, а дух должным образом отправился в следующую жизнь. Я намеревалась утром навестить его могилу, рядом с маминой.

А пока молилась над постелью, где он испустил последний вздох. Но знала, что на самом деле он не ушел. Его дух тек вместе с ци в моем теле, в Лилань и в жизнях всех тех, кого он коснулся. Его влияние продолжало рябью прокатываться по миру, который он оставил, и это меня радовало.

– Я тут подумала, – сказала я, когда Лилань встала рядом со мной. – Я люблю вождение трупов, но не хочу все время где-то пропадать, да и не смогу заниматься этим вечно. Что скажешь, если я возьму несколько человек на обучение здесь, в монастыре?

Лилань подумала минутку и улыбнулась:

– Думаю, это отличный способ почтить наследие ба. И будет здорово, если по этим залам станут бегать дети.

– Я никогда не позволю им тут бегать, – сказала я, хмуря брови. – Они будут учиться быть жрецами смерти.

– Даже жрецам нужно иногда веселиться.

– Ты говоришь как ба.

– Значит, ты знаешь, что я права. – Лилань взяла меня под руку и повела из комнаты. – Если хочешь брать учеников, мы должны немедленно начать планирование.

Я кивнула:

– Мне бы пригодилась твоя помощь – доставить весточку в ближайшие деревни.

– Разумеется. – Лилань задумчиво пожевала губами. – Как думаешь, принц Жэньшу может помочь с новостями? В конце концов, формально он был твоим клиентом. И мог бы рекомендовать тебя остальным.

Я удивленно уставилась на нее:

– Ты… не обижена на принца?

– С чего бы? – хмыкнула сестра. – Ба отдал свою ци добровольно. Принц не виноват. И потом…

– И потом – что?

Она улыбнулась, обхватывая мою руку повыше локтя:

– Ты изменилась, цзе. И я подозреваю, тут как-то замешано хорошее влияние принца.

– Хорошее? – фыркнула я. – Не сказала бы, что его влияние было хорошим.

– О, но теперь ты выглядишь более расслабленной, и, я так полагаю, ба согласился бы, что это хорошо.

Я посмотрела на сестру внимательнее, заново впечатленная ее добротой. Во многом Лилань всегда была более сильной дочерью. Она никогда не забывала о том, что важнее всего, и любила нашу семью так сильно, что неизменно оставалась рядом. Мне нужно было многому у нее научиться.

– Хочешь посмотреть со мной на закат? – спросила она. – Так мы с ба всегда завершали наш день. – Она не добавила «когда ты уходила путешествовать», хотя мы обе знали, о чем речь.

Я мягко улыбнулась:

– С радостью.

Вместе мы сидели на крыльце молельни и смотрели на поросшие лесом горы, вздымавшиеся за монастырскими стенами. Позади них солнце низко висело в небе, встречая объятья вершин. Я уложила голову на плечо Лилань и закрыла глаза. Мне не нужно было смотреть на закат. Яркие мазки красного и лавандового уже запечатлелись в моем разуме и плыли под закрытыми веками.

– Ба всегда так гордился тобой, – пробормотала Лилань.

Я нашла ее руку и сжала:

– Он гордился нами обеими.

Она ничего не сказала, отчего я выпрямилась и с тревогой посмотрела на нее. Печаль отягощала ее улыбку, а в глазах отражался закат.

– Вчера я убирала одежду ба. Она все еще пахла им, и это было так странно, ведь его больше нет. Я просто…

Когда сестра осеклась, я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами. Но в кои-то веки не сглотнула порыв расплакаться.

– Я знаю, – пробормотала я.

Лилань кивнула и в свою очередь прижалась ко мне, а ее теплые слезы упали мне на рукав. Мы сидели так довольно долго, разделяя наше горе в тишине, и несказанные слова тяжело витали между нами. Но я не возражала против тяжести.

Я чувствовала, как она давит на меня, пробегает насквозь, как волна, освящая мою боль, пока та не превратилась в нечто вроде надежды.

Глава 29

– Как проходит домашний арест? – спросила госпожа Мин, когда мы шли по улицам Байму, осматривая изделия и товары на рыночной площади. Вскоре после возвращения Жэня во дворец обвинения в убийстве со знахарки были сняты, и она смогла свободно вернуться в Сыань. Пусть она и решила, что останется в Вэнь, но обещала приехать в гости, когда зима совсем отступит.

Блестящая изумрудная листва украшала ветви над нашими головами. Я вела знахарку по городу за покупками. И вежливо подождала, когда госпожа Мин остановилась у палатки, торгующей разными сушеными фруктами и травами.

– Это не совсем домашний арест, – сказала я. – И не так ужасно, как ты думаешь.

В наказание за наведенный на жителей Хулиня ужас и за то, что я вломилась во дворец, чиновники хотели посадить меня в тюрьму. Но Жэнь вступился, доказывая, что я спасла ему жизнь и помешала тирану захватить трон. Таким образом, мое наказание свелось к году без работы, связанной с вождением трупов.

Но то, что я не могла работать, не значило, что я не могу учить.

– Уверена, ученики не дают тебе заскучать, – сказала госпожа Мин.

– Еще бы. Сперва все шло довольно криво, но теперь они не так скучают по дому, и им вполне нравятся уроки. Особенно по употреблению куриной крови.

– Восхитительно, – сухо улыбнулась она. Мы покинули палатку и направились дальше сквозь толпу покупателей и продавцов. – Ты ведь недавно общалась с принцем Жэньшу?

– В последнее время – не особо, – ответила я. – Он был занят.

– Не сомневаюсь.

В последние