Тысячи испытаний - Тан Ци

и ночь находился у постели Е Хуа. Только когда тот очнулся и старец убедился, что с наследным принцем все в порядке, он вернулся в беседку на озере Усюань и забрал у своего младшего ученика историю болезни госпожи Цзюань Эр. Другими словами, эти четыре дня о Цзюань Эр заботились только старец Куншань и его младший ученик. Третий принц не появился ни разу.

У окна в беседке располагался столик, рядом с которым Цзюань Эр читала доклады.

Нань Цзы тихо сказала:

– Третий принц только дважды выходил из зала Усмирения вод – позавчера и сегодня. Позавчера – потому что его высочество наследный принц очнулся и третий принц отправился его навестить, сегодня же…

Цзюань Эр свернула доклад, положила его в стопку прочитанных, взяла новый и равнодушно спросила:

– А сегодня?..

В голосе Нань Цзы зазвучало отвращение:

– Я слышала от небесной девы Тянь Бу, что тот молодой господин из-за болезни ничего не хочет есть, только вспоминает какое-то зеркальное печенье из лавки Плывущих ароматов, что расположена в главном городе… И третий принц с утра пошел покупать это печенье.

Нань Цзы, которая следила за выражением лица своей госпожи, увидела, что ту, кажется, не взволновали известия, и решила выразить свое беспокойство и неодобрение:

– Мне кажется, его высочество слишком балует того молодого господина. Также я слышала от госпожи Тянь Бу, что тот молодой господин постоянно просится обратно на Небеса. Теперь наследный принц тоже выздоровел, и небесная дева предполагает, что, когда молодой господин окрепнет, третий принц заберет их на Небеса. Госпожа, как мы…

На лице Цзюань Эр и впрямь не было никакого выражения, но правая ее ладонь, свободная от докладов, сжалась в рукаве. Через некоторое время владычица лазурных птиц смогла ровно проговорить:

– Ничего. Завтра я сама проведаю того молодого господина. Заодно поговорю с третьим принцем… – Она сделала паузу. – О пещере Звездных повелений.

Тянь Бу ожидала у входа в зал Усмирения вод. В руках она держала большой сверток с тестом из рисовой муки, который передал ей господин. Небесная дева не верила, что все это происходит на самом деле. Тянь Бу взглянула на сверток, затем на бога воды в безупречно белом одеянии и неуверенно спросила:

– Ваше высочество, вы точно справитесь?

Лянь Сун помолчал, затем осторожно ответил:

– Я запомнил все, что мне показывал повар. Думаю, справлюсь.

Тянь Бу тоже помолчала.

Ее господин мог почти все. Он быстро учился, с легкостью брал любые высоты – только кухня почему-то упорно оставалась непокоренной. Конечно, в отличие от владыки Дун Хуа, у его высочества не получалось создавать блюда, от которых бессмертные становились смертными. Третий принц готовил блюда строго по записям, выверяя необходимое время по песочным часам. В итоге у него получалось приготовить еду, от которой не умирало все вокруг, но не более того.

Тянь Бу вздохнула:

– Ваше высочество, хоть зеркальные печенья и вкуснее горячими, но разве не проще пригласить повара из лавки Плывущих ароматов, чтобы он приготовил их госпоже на месте? Вам необязательно было с утра пораньше учиться их делать! – Не удержавшись, она смело добавила: – Ваше высочество, вы притворяетесь, э-э-э, слишком усердно.

Нань Цзы рассказала Цзюань Эр чистую правду. О зеркальных печеньях ей утром поведала сама Тянь Бу, когда служанка владычицы лазурных птиц пришла тайком разузнать, что происходит в зале Усмирения вод. Третий принц не говорил прямо, что они устраивают для Цзюань Эр представление, но, уходя, приказал Тянь Бу: если к ним пришлют кого-то на разведку, отвечать нужно правдиво. Можно даже намекнуть, что они собираются обратно на Небеса. Тянь Бу не была глупа. Немного подумав, она поняла, чего добивается ее господин.

Лянь Сун направился в зал.

– Что значит «притворяюсь»? Мне просто нечем заняться.

Тянь Бу не стала спорить, лишь подумала: «Как скажете». Однако, как преданная служанка, она все же напомнила своему господину:

– Но если приготовленные вами печенья придутся госпоже не по вкусу… Э, не «если», а «когда»… Что вы будете делать, когда госпожа разозлится?

– Мы будем готовить вместе, – отозвался Лянь Сун безмятежно. – Тогда, если выйдет плохо, разве виноват буду я один? – И добавил: – Наверняка ей больше понравится готовить печенье, чем есть его.

Тянь Бу восхитилась коварством своего господина, но усомнилась в его последних словах:

– Но я никогда не видела, чтобы госпожа готовила, вряд ли она увлекается этим делом.

Третий принц уже прошел сквозь барьер.

– Просто раньше у нее имелись другие развлечения. А сейчас она заперта в этом зале, наверняка ей скучно. Пусть порадуется. Думаю, ей по душе все, что можно делать руками.

Тянь Бу верила в это с трудом. Вместе с третьим принцем она обогнула ширму и вдруг услышала восхищенный возглас:

– Прекрасный выстрел!

Лянь Сун остановился. Это был голос Инь Линя.

Третий принц посмотрел вперед: большая площадка перед главным залом превратилось в стрельбище. Мишени стояли вдоль красной стены, а в ста шагах от них Цзу Ти натягивала лук.

Золотое платье, черные волосы, не украшенные заколками, оттеняли лицо богини света, делая его прозрачно-белым – прекрасным, но болезненным. Казалось бы, хрупкая красавица и тяжелый лук высотой в человеческий рост – картина несуразная. Но эта с виду слабая девушка подняла лук и без малейших усилий натянула тетиву. Широкие рукава одеяния красиво ниспадали почти до земли. Тяжелый лук больше напоминал не оружие, а музыкальный инструмент. И очень подходил богине света.

Стрела сорвалась, тетива загудела. Девушка слегка улыбнулась.

Новая стрела вонзилась в уже попавшую в «яблочко» другую, расколов предшественницу пополам, затем вошла точно в оставленную предыдущей стрелой дыру в мишени.

Лянь Сун слегка приподнял брови. Хотя он знал, что Цзу Ти искусна в стрельбе из лука, он никогда не задумывался о том, как она выглядит с луком в руках. Теперь он знал как.

Несомненно, Цзу Ти очень хорошо владела луком, но по меркам истинных мастеров не блестяще. Скорее всего, ей просто было скучно и она развлекалась. Но ее образ поразил Лянь Суна. Богиня света держала тяжелый лук так, будто он ничего не весил, пускала стрелы безо всякого напряжения, и те летели, как вспугнутый лебедь над гладью прозрачной воды. Потом стрелы-птицы исчезли из виду, но тень их осталась – мимолетным дивным виденьем и светлой печалью, от которой вдруг сжалось сердце. Очень изящно и очень красиво. Третий принц, не удержавшись, захлопал.

Цзу Ти сразу же посмотрела в его сторону и, увидев его, мягко улыбнулась. Богиня света передала тяжелый лук Инь Линю и, одной рукой придерживая