Болевой порог - Ольга Вечная

Или о поцелуе с Захаром, о котором Лиза, не сомневаюсь, всем рассказала. Упс. Не самая приятная тема для обсуждения с бывшим, но однажды она всплывет, потому что все поступки влекут за собой последствия.

Так чем этот день лучше других? Испортим и его. Кроме того, у меня как раз есть окно перед концертом «Последнего автобуса».

Единственное, я никак не могу понять, почему Степан выбрал для встречи не лавочку у дома, а этот атмосферный бар. Провел меня к дальнему столику, который - внимание - забронировал заранее, а это ни фига себе усилие с его стороны. Даже в наш самый горячий период он не позволял себе столь пылких стараний.

Выглядит он хорошо. Действительно хорошо: отпустил аккуратную бородку, подстригся по-другому. Одежда, опять же, новая, современная. Явно не по вкусу его маме, которая обычно следит за гардеробом сына.

Пару минут мы обсуждаем погоду, после чего Степа отвешивает щедрый комплимент моим большим глазам и, не дав мне времени прийти в себя и ответить, достает черную бархатистую коробочку. Кладет ее на стол.

Я не обращаю на нее ни малейшего внимания, пока делаю заказ официанту, и, когда мы снова остаемся вдвоем, Степан пододвигает её ко мне поближе, при этом странненько улыбается. Вымученно так, с надрывом. Чуть сводит брови вместе, и мне становится его немного жаль.

- Ты Лизе купил сережки? - я медленно беру коробочку, кручу в руках. - Слушай… - вот как с ним не ссориться? Я уже сто раз переругалась со свекровью по этой теме, и вот снова здорова, - я пока не хочу прокалывать ей уши, она не просит, у них это сейчас не модно и… - я открываю коробочку и замолкаю. Там золотое кольцо.

Взрослого размера.

- Соня, ты красивая, умная девушка. Чистоплотная и работящая, - деловито начинает он. - У нас с тобой замечательный ребёнок. Я никогда не думал, что способен чувствовать то, что ты заставила меня ощущать, подарив мне Лизу. Я никогда не думал, что какой-то человек будет значить для меня так много, как значит Лиза. Что вообще такие эмоции существуют. Я готов отдать за нее жизнь в любую секунду. Более того, я хочу быть для нее хорошим отцом. Я думаю, ты разделяешь мои мысли на этот счет. Только ты мать, конечно. И лучшее, что мы с тобой можем сделать ради нее, это пожениться.

Он говорит это так, словно ему физически больно, одно это заставляет меня не рассмеяться. Помешкав, я даже хлопаю его по плечу, и это, возможно, наше первое касание после того, как у нас получилась Лиза.

- Степа, - я понижаю голос, - ты в порядке?

- Да. Я думаю, нам стоит попробовать ещё раз.

Я рассматриваю кольцо.

- Не нравится?

- Нравится. Очень красивое.

- Не примеришь?

Я верчу коробочку в руке.

- Степа, ты не обязан это делать, ты ведь понимаешь? Лизе сейчас непросто, и я признаю, что это сугубо мой косяк, за который я готова ответить. Мужчина поцеловал меня на ее глазах. Я была не готова. У него нет детей, и он не подумал, каким это может стать ударом для девочки. Но я с ним уже поговорила, и больше такое не повторится.

- Я понял, - он ещё сильнее грустнеет. - Однако мы могли бы попробовать. Я буду стараться, Сонь. Я ограничу влияние своей мамы, и я, - он зажмуривается на миг, - готов признать, что она была далеко не всегда права в твоем случае.

Вау.

- Я больше не дам ей тебя обижать, - выпаливает он, раскрасневшись.

- Степа, это… очень мужественно с твоей стороны. Спасибо большое.

- Так что ты скажешь? Согласна?

- Степ… извини, пожалуйста, я ценю твою попытку, но я… люблю другого мужчину. Когда я сказала, что такое не повторится, я имела в виду, что не будет сюрпризов для Лизы. У меня есть другой.

- Правда? - в нем зарождается явная, даже неприличная надежда, улыбка освещает лицо.

И я выпаливаю:

- Да, правда, - говорю и поражаюсь собственной уверенности.

Захар.

Захар Морев.

Мое бескрайнее, бесконечное море. Сердце страшно сжимается от одной мысли о нем. На душе сладко и горько, горько и сладко - безумное сочетание.

Мое море.

Как же я соскучилась.

- Да. Я так сильно влюбилась, что с ума схожу. Извини, если у тебя были планы.

Степа выдыхает и откидывается на спинку дивана. Нам как раз принесли воду, и он выпивает залпом половину стакана, а я смотрю на него и улыбаюсь, вспоминая, почему когда-то вообще увлеклась этим человеком. Редко, когда взрослый мужчина выглядит настолько безобидным и растерянным.

- Я тоже влюбился, - делится он, осмелев, но все же не без напряжения в голосе. Будто боится, что я начну его стыдить и насмехаться. Быстро добавляет: - Мама не знает.

А.

А-а-а-а.

- Так вот где ты пропадаешь днем и ночью.

- Про вторую работу - все правда. Мне нужны деньги, чтобы съехать. Я планирую брать ипотеку, - кажется, он в полном ужасе от одной мысли о столь безумной смелости.

- И правильно! - восклицаю я немедленно.

- Правда? - обалдело поворачивается ко мне.

- Конечно! Ты большой молодец. Кто она?

- Ей тридцать семь, и она тоже преподает. Очень красивая и добрая девушка. Она меня и подтягивает во второй универ. Мы познакомились на конференции. Светлана, - выдыхает он, словно ожидая одобрения имени, и я тут же его даю, закивав. - Она очень добрая, - повторяет он, - и она, конечно, знает про Лизу. У нее нет своих детей, и она хочет, и, возможно, мы с ней… решимся на ребёнка.

- Если вы оба этого хотите - это прекрасно.

- Да? Но я не знаю, как к этому отнесется Лиза. Я не хочу, чтобы она решила, будто мы с тобой задумали ее заменить новыми семьями. Она даже плакала, когда тогда приехала, и я… и я решил… - он замолкает, я беру коробочку с кольцом и заканчиваю за него:

- И ты решил отказаться от Светланы ради дочки.

- Мама никогда не поддержит мою попытку создать семью. Да я и сам понимаю, как будет непросто. Вообще не понимаю, получится ли у меня.