Герцоги предпочитают блондинок - Лоретта Чейз

По зале поплыли первые ноты вальса.

Бридон взглянул на жену.

— Ну что, готова ко всеобщему вниманию?

— Всегда готова! — с улыбкой ответила она.

Сердце его сжалось от нежности; но он лишь мельком улыбнулся в ответ и, отвесив жене поклон, начал с ней первый публичный танец.

Праздник, начавшийся в одиннадцать вечера, закончился в четыре утра. И от ужина, и от танцев гости были в полном восторге; иных пришлось едва ли не силой выпроваживать из залы.

«А все потому, — сказала Клара мужу, пока они готовились ко сну, — что сами хозяева дома показали пример, составив прекрасную пару в первом вальсе».

— Прекрасна была ты, — ответил он. — А я был счастлив служить тебе фоном.

— Значит, из тебя получился на редкость симпатичный фон! — заметила она. — Я обратила внимание, что у тебя и дальше в партнершах недостатка не было.

— Как и у тебя в партнерах. Кстати, твои ухажеры намерены и дальше за тобой ухлестывать?

— По-моему, они хотели показать, что не держат на меня зла, — ответила она.

— Хотели дать понять, что, если придешь в чувство и решишь от меня сбежать, можешь на них рассчитывать, — поправил он.

— Я пришла в чувство, когда встретила тебя, — откликнулась она.

Он взглянул на нее серьезно, с молчаливым вопросом в серых глазах.

— Мне казалось, меня душит светская жизнь, — объяснила она. — Но тогдашняя моя жизнь почти не отличалась от теперешней. Вся разница в том, кто рядом.

Он прочистил горло.

— Похоже, тебе нужен рядом сложный человек, — заметил он.

— Скорее, человек, с которым интересно, — ответила она.

И распустила шнуровку на своем платье.

Бридон стянул платье с ее плеч, поцеловал обнаженное плечо, а платье бросил на кресло.

Взгляд его снова стал серьезным и вопросительным. Он развернул жену лицом к себе, внимательно всмотрелся в глаза.

— Леди Бридон, — спросил он наконец, — вы ничего не хотите мне сказать?

Столь же внимательно она взглянула на себя в зеркало. Пока ее секрет знала лишь Дэвис: личная горничная дамы неизбежно следит за такими вещами. Клара была уверена, что на вид еще ничего не заметно… по крайней мере, обычному человеку.

— О чем? — спросила она.

— О своей груди, — ответил он. — О животе. Лице. Блеске в глазах. Сегодня ты была еще красивее прежнего, хоть логика и подсказывает мне, что это невозможно.

— Я не хотела говорить, пока не буду полностью уверена, — ответила она.

— И какая же степень уверенности тебе требуется? — спросил он. — Стану или не стану я отцом?

Глаза ее наполнились слезами: она сама не знала, почему.

— Думаю, станешь, — прошептала она.

Уголок его рта дернулся.

— Я буду отцом! — Он коротко рассмеялся. — Кто бы такому поверил?

— Что ж, милорд, — произнесла она дрогнувшим голосом. — Не пострадали? Не падаете в обморок? Не бьетесь в истерике? Вот и отлично.

Он сжал ее в объятиях.

— Отлично? Просто замечательно! С ума сойти, я — и вдруг отец! Люблю тебя, милая, чудесная, поразительная моя девочка!

— Ну, не так уж это поразительно, если вспомнить базовые принципы биологии… — начала она.

— Логика подождет! — воскликнул он и припал к ее губам.

Поцелуй был долгим, глубоким, радостным и полным обещаний будущего счастья.

Но вдруг Клара отстранилась и откинула голову назад.

— Я тоже тебя люблю, мой Ворон, — сказала она. — Никогда об этом не говорила, но…

— Миледи, именно к этому выводу я пришел логическим путем! — откликнулся он.

И они продолжили с того места, на котором остановились.

Постскриптум

Всякий раз, закрывая и убирая ежедневник, я вспоминаю о множестве наблюдений и событий, какие еще следовало бы записать. Но уже поздно — и для того, что я опустил, не найти подходящего места.

Фридрих фон Раумер. «Англия в 1835 году»

Известие о смерти Джейкоба Фрима скоро долетело до кофейни «У Джека», а со временем дошло и до одной жалкой лачужки на берегу Темзы. Здесь коротал время Белка, понемногу знакомясь с обитателями прибрежного социального дна.

Вскоре после кончины Фрима Белка устроился подручным к одному черпальщику, из той армии падальщиков, чьи суденышки, словно мухи, усеивали реку от Патни до Грейвсенда. Здесь он зарекомендовал себя как усердный и надежный малый, потихоньку начал путь наверх — прочь от реки, и наконец обосновался в одном прибрежном трактире. Несколько лет спустя женился на единственной дочери трактирщика и зажил хоть и не так роскошно, как Джейкоб Фрим, но куда безопаснее. Бывший Белка, ныне известный как Джон Стайлс, перестал носиться сломя голову, посолиднел, отрастил брюшко, а со временем и перестал на ходу оглядываться через плечо.

Престарелый седьмой герцог Малверн скончался, однако не так скоро, как все ожидали. Сын его всегда говорил, что за это следует благодарить Клару: старик приободрился уже при первом упоминании о ней, и дальше, чем лучше ее узнавал, тем становился веселее. А бодрость духа, как всем известно, лучшее лекарство. Эту старую истину подтвердило и то, что со времени женитьбы сына старый герцог гораздо меньше страдал от болей.

Он прожил достаточно, чтобы успеть порадоваться внуку, в честь обоих дедушек названному Джорджем, и внучке, в честь обеих бабушек названной Фрэнсис Энн. А затем однажды ночью, через несколько часов после увлекательного спора с супругой о достоинствах нового Закона о тюрьмах 1836 года, его светлость мирно скончался во сне.

Так Ворон Рэдфорд, к радости одних и негодованию других, сделался восьмым герцогом Малверном. В палате лордов он раздражал коллег не меньше, чем в палате общин, а до этого в уголовных судах, и продолжал при полном одобрении и поддержке своей жены поддерживать знакомства в самых низменных сферах.

И до получения герцогского титула, и после Рэдфорд с женой активно занимались благотворительностью, уделяя особое внимание школам для нищих. Первый их благотворительный аукцион состоялся в Воксхолле; все вырученные средства пошли на обеспечение школы в Саффрон-Хилл умывальными комнатами, чрезвычайно там необходимыми.

Как видите, леди Клара Фэрфакс все-таки стала герцогиней, и ее мать теперь (уж не знаем, благодаря этому или прекрасным внукам, безмерно превосходящим вечно хнычущий выводок внуков леди Бартэм) наслаждалась безмятежным счастьем.

По крайней мере, первые пару лет ее все устраивало.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой