Водяной 8 - Константин Паули

* * *

Василиса вошла бесшумно. К этому моменту реалити-шоу закончилось, и весёлый старикан, не меняя градуса блаженной радости, переключился на просмотр интервью Алёны Блин.

— А чему ты удивляешься? — тихо хмыкнула напарница, с профессиональным интересом изучая деда. — На нём классический морок. Он явно околдован.

— Значит, наш Лжедобрыня точно был здесь, и это его рук дело, — констатировал я, глядя на экран телевизора. — По крайней мере, мы не ошиблись адресом.

— То, что мы идём по верному следу, и так понятно, во дворе стоит знакомый нам «Мерседес», — Василиса достала смартфон. — Но кое-какие сомнения всё же стоит развеять прямо сейчас.

Она несколько секунд покопалась в сети, нашла нужную информацию и набрала номер. Я лишь молча наблюдал. Тон её голоса снова стал официальным, строгим.

— Марк Гаврилович? Здравствуйте, мне Ваш номер дал коллега. Беспокоит участковый уполномоченный Афанасьева. Да, полиция. Марк Гаврилович, скажите, пожалуйста, Вы являетесь лечащим врачом Воропаева Сергея Борисовича? Мне нужно узнать его точный диагноз. Да, я всё прекрасно понимаю про врачебную тайну и необходимость официального запроса… Послушайте, ситуация предельно простая, его машину видели при совершении ДТП в нескольких сотнях километров от Супруна. Нам нужно понимать, мог ли он быть за рулём.

Василиса выразительно посмотрела на меня и нажала кнопку громкой связи.

— Не знаю, кого вы там видели, — раздался из динамика раздражённый, уставший мужской голос. — И знать не хочу. Но у Сергея Борисовича прогрессирующий спастический нижний парапарез. В его текущем состоянии он не то что управлять автомобилем, он ходить нормально не может. Никаких выводов я не делаю, расследование — это ваша работа. Я сказал всё, что мог, остальное предоставлю только по официальному запросу. И попрошу больше меня не отвлекать, у меня идёт приём.

Вызов оборвался короткими гудками. Мы молча переглянулись, переваривая услышанное, пока на фоне беззаботно хрустел совершенно здоровый старик.

— Итак, — медленно подвела итог Василиса, убирая телефон. — Наш мистер Икс подлатал деда, чтобы тот банально не помер. А заодно технично свернул ему мозги набекрень, теперь старик безвылазно сидит дома, смотрит телевизор, радуется жизни и не путается под ногами. Если даже кто-то из соседей или социальных работников зайдёт, ну, чудит дед на старости лет, всё легко списать на деменцию и возраст. Идеальное прикрытие.

Мы оба некоторое время молчали, глядя на деда. В комнате повисла пауза, нарушаемая лишь болтовнёй из телевизора и задорным хрустом чипсов под мерное бульканье пенного.

— Получается, Лжедобрыни здесь нет, — нарушил я тишину. — Есть только дед.

— И мы видим, что он находится под заклятием. Причём наложено оно умело и магия весьма могущественная, — вздохнула Василиса.

Я посмотрел на Сергея Борисовича. Он был абсолютно счастлив в своём бумажном берёзовом лесу.

— Считаешь, нам нужно доложить инквизиторам про факт незаконного ментального вмешательства? — с сомнением спросил я. — По протоколу они, конечно, обязаны будут снять чары. Но тогда они вернут ему обычное старческое состояние… А значит — боль, одиночество и частичный паралич.

— А сам как думаешь? — без нажима спросила она.

По её лицу было видно, что Василису тоже терзают сомнения. Она разрывалась между буквой закона и банальным человеческим состраданием к Сергею Борисовичу.

— Наш фальшивый Добрыня, безусловно, тот ещё злодей, — задумчиво произнёс я. — Но конкретно этому деду он вернул лёгкость, движение и радость. Предлагаю пойти от обратного, сделаем старику полный магический чекап организма и оставим его в покое.

— Мы пока никуда не уходим, — резонно напомнила Василиса. — Да и заклятие это не вечное. Медленно, но, верно, оно рассеется само, примерно за полгода-год.

Василиса осмотрела деда. Результаты поражали, Сергей Борисович был бодр, дышал полной грудью без единого хрипа в чистых лёгких, его сердце билось ровно, как у космонавта, а в суставах не было и намёка на старческий скрип.

Но куда больше удивляла его психика. Дед излучал дружелюбие и абсолютное спокойствие. Тот факт, что по его дому свободно бродят посторонние, не вызывал у него ни малейшей тревоги. Он лишь добродушно решил, что «внучок» привёл знакомиться подружку. Доев чипсы, старик поднялся, отнёс пустую миску на кухню, помыл её, заодно помыл и одноразовые контейнеры, затем тщательно вымыл руки и, беззаботно насвистывая мотив «На недельку, до второго», вернулся на свой диван. Вооружившись пультом, он принялся бодро щёлкать каналы.

— Пошли к машине, — тихо предложил я.

* * *

Выйдя на свежий воздух, Василиса, наконец, озвучила свои наблюдения:

— Я проверяла базу данных. У Воропаева вообще нет внуков. И детей тоже нет. Единственный живой родственник только племянник в Сургуте, с которым они, вероятнее всего, не виделись лет двадцать.

— Человеческая психика — штука гибкая, — пожал я плечами, осматривая припаркованный во дворе автомобиль. — Она отчаянно пытается адаптировать чужеродные магические установки под реальность, придумывая логичные объяснения всему, что видит.

Это определённо был тот самый «Мерседес», знакомый нам по прошлым встречам. Каким образом Лжедобрыня выбрал своей целью именно этого одинокого деда и почему завладел его машиной — оставалось загадкой. Однако в бардачке нас ждал первый реальный улов, аккуратно сложенный страховой полис, выписанный на имя Рязанцева Добрыни Никитовича.

А вот багажник разочаровал. Абсолютная пустота. Ни артефактов, ни фонящей магии, ни малейших зацепок или ценностей.

— Пустышка, — констатировал я, с глухим стуком захлопывая крышку. — Василиса, нам остаётся только одно, засесть в засаду и ждать.

— И заодно попытаться разговорить нашего престарелого Карлсона, — кивнула она.

Чтобы мой автомобиль с маркировкой «Почта России» не мозолил глаза соседям и не спугнул нашу цель, я перегнал его на пару сотен метров вниз, обратно по грунтовке, спрятав ближе к реке. К дому возвращался пешком, стараясь не привлекать внимания.

За это время Василиса успела обойти территорию, просканировав двор и окрестности при помощи магии. Результат её явно не устроил.

— Вот мы вроде бы шли по следу и попали точно туда, куда надо. Всё указывает на то, что Добрыня здесь был… — недовольно пробормотала она, когда мы присели в зале прямо на пол у дивана.

Над нами, в центре бумажной берёзовой рощи, Сергей Борисович всё так же увлечённо смотрел телевизор. На экране жизнерадостные ведущие «Магазина на диване» агрессивно пытались впарить зрителям очередную «чудо-швабру».

Символично. Глупая, яркая и фальшивая иллюзия в квадратном ящике, идеальное дополнение к той, что сейчас цвела в