Душевное мошенничество - Эндрю Гивлер

"Привет, Кэсси, - сказал Орион. "Давно не виделись".

"Итак, слухи верны - Охотник собирает новую Охоту". Она взглянула на меня, и внутри все сжалось, когда я почувствовал, как она оценивает меня целиком. Казалось, что душу выжимают, как губку, чтобы она могла увидеть, что из нее выйдет. "Полагаю, он не рассказал вам, как умерла последняя?" - лукаво спросила она, переводя взгляд с меня на Алекса.

"Все совсем не так", - мрачно пробормотал Орион. Я был потрясен, увидев, что он смотрит вниз, на стол. Я никогда раньше не видел такого выражения на его лице. О ком-нибудь другом я бы сказал, что он напуган женщиной, стоявшей рядом с нами. Но потом понял, что выражение его лица было пристыженным.

"Конечно, нет", - сказала она ровным голосом, давая понять, что не верит ни единому его слову. "Но мне не терпится услышать, в чем именно дело, раз уж вы решили разорвать большую часть мира пополам. Вы двое, Бездушный и Дилетант, вставайте, вставайте." Она щелкнула пальцами нам с Алексом с уверенностью человека, привыкшего к тому, что ему подчиняются. Без колебаний мы оба вскочили, и она скользнула на мое место рядом с Орионом. "А теперь оба проваливайте, маме с папой нужно немного поболтать".

В детстве у меня был друг, который переехал в Штаты из Мексики. Его звали Энтони, и английский был его вторым языком. Я вдруг почувствовал сочувствие к тому, какой была его жизнь, когда он рос здесь. Жизнь сама по себе движется так быстро. Но когда ты не вырос с чем-то, то долгое время играешь в догонялки. Шутки, подтексты, идиомы - им нельзя научить, их можно только выучить. Все вокруг говорили по-английски, но я не понимал, о чем идет речь.

Я последовал за Алексом к бару - длинному деревянному сооружению, тянувшемуся через всю комнату напротив нашего столика. Перед ним было расставлено несколько высоких стульев, некоторые из них были повернуты набок, когда посетители выбегали из зала. Хотя было дико, что, увидев Кэсси и Ориона вместе, люди ушли быстро и организованно, интерес для меня представляли люди, которые остались.

Несколько человек рассредоточились по бару, демонстративно игнорируя, что в уютной кабинке, расположенной всего в двадцати шагах позади них, сидят не один, а два полубога. За большим столом расположились шесть или семь человек, на столе стояло внушительное для раннего времени суток количество пустых пинтовых стаканов. Мне показалось, что все за столом нервничают, но стараются не подавать виду.

Одной из немногих вещей, которые я заметил в этом мире, было то, что большая его часть, казалось, работала как пищевая цепочка. Каждый был хищником. Нужно было быть либо страшным, либо тихим. К сожалению, я был плох в обеих этих вещах. Но также, если ты хочешь жить, то не ведешь себя как добыча. Развязность - это важно. Мужчины и женщины за этим столом не были уверены, что им здесь место, но они были готовы попытаться притвориться.

Быстрый взгляд вокруг выделил несколько слегка изогнутых ушей, похожих на уши Алекса.

"Знаешь, это как-то невежливо", - заметил Алекс, ведя меня к бару.

"Что именно?" спросил я, поворачивая шею обратно к другу.

"Я чувствую, как ты измеряешь кончики моих ушей вон там, на столе". Алекс облокотился на стойку в промежутке между стульями и помахал бармену. Я попытался отодвинуть еще один стул, чтобы освободить место. Он заскрипел по полу, заставив половину комнаты подпрыгнуть и посмотреть на меня. Покраснев, я присоединился к Алексу и облокотился на барную стойку.

"Это как в раздевалке. Тебе не положено смотреть".

Бармен выжидающе посмотрел на нас, и Алекс заказал что-то вроде IPA, поэтому я заказал то же самое. Я абсолютно ничего не смыслю в пиве, но раньше следовал советам Алекса при принятии гораздо более важных решений.

"Извини", - сказал я, снова повернувшись к Алексу. "Но это кажется намного сложнее, потому что, знаешь… происхождение".

Алекс повернулся и посмотрел на меня с широкой ухмылкой. Я вздохнул. Проблема с гидом по сверхъестественному миру, который к тому же еще и шутник, заключается в том, что я никогда не знал, насколько серьезна его информация. Например, было ли невежливо смотреть на уши нефилима, чтобы угадать его происхождение? Возможно. Было ли это похоже на нарушение священного кодекса раздевалки? Кто знает? Возможно, Алекс рассказал бы анекдот Мрачному Жнецу и посмеялся, когда его душа уносилась во тьму.

"Кто такая Кэсси?" спросил я. "Кроме очевидного".

"И что же это за "очевидное"?" Алекс сделал воздушные кавычки, чтобы подчеркнуть свой сарказм.

"Она, по крайней мере, такая же могущественная, как и он".

"О, мы говорим о супер очевидном. Хорошая работа, ты, маленький подглядыватель за ушами".

Я вздохнул. "Что я упускаю, Алекс?"

"Она тоже Созвездие", - дерзко, растягивая слова, вставил незнакомец за стойкой слева от меня. "Бедная Кассиопея, уже забыта смертными. Видимо, красота и впрямь увядает". Удивленный, я оглянулся. Через несколько шагов от меня в кресле сидел пожилой джентльмен. Перед ним стояла бутылка виски, и он отпивал немного из стоящего перед ним стакана. Как человек, он выглядел так, словно знавал лучшие времена. Его старый серый плащ имел такой вид, словно его несколько раз переезжал грузовик. У него были светло-каштановые волосы, поседевшие на висках в тон плащу, суровое лицо с сильной челюстью и вечно разочарованное лицо. Несмотря на сутулость, в этом пальто его плечи казались широкими и сильными. Те части его рук, которые, как я мог видеть, сжимали стакан с виски, были покрыты шрамами и ссадинами. На безымянном пальце правой руки виднелось большое золотое кольцо с круглым красным камнем размером с мою костяшку.

Что еще более важно, он не излучал той нервной энергии, которая была у стола младших нефилимов позади меня. От него исходило настоящее ощущение "я здесь свой". Алекс сузил глаза, глядя на него, но я не мог понять, из-за чего это произошло - из-за того, что его прервали, или из-за подозрений.

Я не полный идиот. Мне кажется, что я отстаиваю это утверждение несчастное количество раз за день, но вот так. Я знаю о созвездии Ориона. Когда я был маленьким, мой отец всегда указывал на самую яркую тройку звезд в линии, которая составляла его пояс. Найдя их, можно было легко обнаружить Охотника на небе.

Я полагал, что название -