Душевное мошенничество - Эндрю Гивлер

это простое совпадение. Я знал, что Орион довольно древний, и, возможно, в те времена так называли младенцев-полубогов. Люди все еще называли своих детей Лео и Ноем. Но в голову закралась неприятная мысль, вызванная тоном незнакомца. На этом мои познания о звездах и их историях заканчиваются. О голливудских я знаю больше, чем о тех, что на ночном небе. Кроме Большой Медведицы, Орион был единственным созвездием, которое я мог назвать или идентифицировать.

"Когда вы говорите "созвездие"..." Я медленно произнес, переводя взгляд с незнакомца на Алекса, - "Мы говорим о мигающих огнях в небе ночью? Их назвали в их честь?"

"Чувак, я все время забываю, насколько ты отстал". Алекс вздохнул.

"Скажем так, в последний раз, когда эти двое были вместе в одной комнате, началась война". Незнакомец залпом опустошил свой стакан. Его лицо оставалось неподвижным, как камень, когда он проглотил жидкость и тут же начал наливать еще. В своей жизни я употреблял сравнительно немного алкоголя, но после опыта с текилой был впечатлен. Этот парень казался крутым.

"Если отвечать на твой вопрос, - тихо сказал мне Алекс, когда мы принимали от бармена наши напитки, - то скорее наоборот. В честь них и названы эти мигающие огоньки".

Вы когда-нибудь пробовали IPA? Это как ужасный вегетарианский коктейль. Как будто кто-то засунул в блендер рождественскую елку с просроченным сроком годности, а потом заставил вас пить ее после того, как она пустила сок.

Поэтому, когда я говорю, что поперхнулся своим первым глотком явно ужасного на вкус пива от Алекса, это было из-за ужасного вкуса, а не потому, что я отплевывался в баре, полном бессмертных.

"А люди вообще здесь живут?" пожаловался я Алексу после окончания приступа кашля. "Итак, наши предки думали, что созвездия - это истории на небе, а потом, когда мы якобы стали более "продвинутыми", - я скопировал его воздушные кавычки, - мы отговорили себя от этой теории".

"На самом деле это очень популярная шутка". Алекс усмехнулся. "Я рад, что ты можешь оценить иронию. Смертные научились расщеплять атомы и использовать молнии, но при этом потеряли очень много мудрости своих предков".

"Наверное, логично, что Созвездия тусуются в том же городе, что и кинозвезды", - проворчал я, пытаясь найти хоть какое-то достоинство для человечества.

"Не стоит слишком издеваться над бедным мальчиком", - сказал незнакомец с лёгкой улыбкой. Улыбка смягчила черты его лица, превратив из сердитого сержанта-инструктора в старого негодяя. "Не его вина, что он родился смертным. Я бы сказал, что бедная душа может вместить только маленькую толику, но, похоже, кто-то сбежал с твоей, не так ли?"

Я вдруг пожалел, что подумал, что он круто выглядит.

"Не фанат смертных, да?" - спросил я, чувствуя, как краснеет моя шея. В детстве я редко сталкивался с тем, чтобы меня выделяли из-за моей биологии, но быстро понял, что мне это не нравится.

"Напротив, я считаю, что люди весьма полезны. Они похожи на пескарей, из них получается отличная наживка".

Я уже собирался рассказать джентльмену, что в детстве прекрасно играл в "Акулу и пескарей" в соседском бассейне, но сильная рука на моем плече остановила меня. Я повернулся и посмотрел в сузившиеся глаза Ориона.

"Мне показалось, что я видел, как ты потягивал виски в баре", - сказал Орион.

"О, успокойся, Охотник. Сейчас не время. Я просто общался с несколькими незнакомцами в баре за выпивкой". Легкая улыбка снова заиграла на губах пожилого мужчины. "Я пришел с миром".

Я заметил официантку, которая никогда не подходила за нашими напитками, Элис, стоявшую позади мужчины у стойки. Она и остальной персонал и глазом не моргнули, когда появилась Кэсси, а большинство их клиентов внезапно ушли. Но когда она наблюдала за взаимодействием Ориона и незнакомца, то выглядела определенно взволнованной, что, в свою очередь, заставляло нервничать меня.

"Вернись в кабинку", - мягко сказал Орион. "Мой друг хочет с тобой познакомиться". Игра, очевидно, была закончена. Незнакомец проигнорировал нас, и мы вышли из бара с пивом в руках и моей гордостью, прилипшей к ботинку, как полоска туалетной бумаги. Орион подвел нас к маленькой трехместной кабинке, возле которой теперь стояла Кэсси.

"Дай-ка я на тебя посмотрю, - сказала она, поворачиваясь ко мне и слегка наклоняясь. В носках у меня рост целых шесть футов, но у неё было по крайней мере шесть футов два дюйма, иначе я выпил бы больше этого IPA. Я, конечно, не собирался этого делать ни по каким другим причинам. Она протянула руку с длинными заостренными ногтями, выкрашенными в темно-эбеновый цвет в тон ее коже. Это делало их больше похожими на когти, чем на моду и взяв меня за подбородок, повернула лицо из стороны в сторону, как бабушка, но ее темные глаза буравили меня, и я был уверен, что теперь она знает мой номер социального страхования и все пароли.

"Боже мой", - сказала она после того, как довольно долго читала подноготную моего сердца. "Они действительно забрали твою душу, не так ли?"

"Ну, на самом деле это был всего лишь один парень", - сказал я. "Его зовут Дэн. Дэн, э-э, Демон".

"Ты действительно собираешься начать войну из-за него?" - спросила она, выгнув бровь в сторону Ориона.

"Я уже это сделал".

Глава 26

Кэсси ушла после ответа Ориона будучи не из тех, кто затягивает прощание. Она склонила голову в милостивом кивке, а затем повернулась и вышла через парадную дверь. Когда я снова посмотрел на бар, мужчина в сером пальто уже исчез, но это меня не сильно беспокоило. Он не казался веселым парнем.

Мы съели поздний ланч, взяв по олимпийскому бургеру. Не знаю, через какие тренировки и испытания должны пройти бургеры, чтобы участвовать в Олимпийских играх, но у этого не было особых шансов на медаль. Я не стал больше пить IPA.

Мы ели в тишине. Я не знаю, о чем думали двое других. Мои мысли представляли собой коктейль из драконов, огня и смерти, от которого бросало в дрожь. После обеда Орион и Алекс подвезли меня до квартиры. Когда они высадили меня на обочине, солнце уже садилось в калифорнийскую пустыню. Его золотистый свет становился кроваво-красным, отражаясь от облаков. Алекс опустил пассажирское окно.

"Оставайся сегодня дома", - посоветовал он. "Дальше будет только хуже".

"Не волнуйся, это будет легко", - пообещал я. "Снаружи монстры!"

Поднимаясь по лестнице в нашу квартиру на третьем этаже, я усмехался про себя.