Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

различать их. Шерсть одной была чуть темнее, а на правом ухе другой отсутствовал самый кончик. Лишённая иных собеседников, я часто разговаривала с мортусами. Они молча слушали, внимательно наблюдая за мной.

С того дня, как я попала сюда, Гимтар вернулся лишь однажды…

— А ты, смотри-ка, стойкая, — раздался его голос из ниоткуда, заставив меня вздрогнуть. — Я бы и не подумал. Что ж, так даже лучше, истерик не будет.

Он вышел прямо из воздуха, когда я находилась в столовой, и, оглядев меня с ног до головы, с лёгким отвращением поморщился.

— Пожалуй, устрою тебе праздничный ужин после стольких дней на хлебе и воде. Ты, признаться, выглядишь неважно.

«Конечно, неважно, — с горечью подумала я. — У меня нет возможности помыться, нет даже зеркала, чтобы взглянуть на себя». Я старалась не зацикливаться на этом и сохранять самообладание. Однако отсутствие элементарных удобств делало мое и без того сложное положение ещё более невыносимым.

Гимтар провёл рукой по воздуху. Из рукавов плавно потекли тени, окутали стол. Мгновение — и на нём появились белая скатерть, фарфоровая посуда, зажжённые свечи в серебряных подсвечниках и источающие восхитительный аромат блюда. Мой рот моментально наполнился слюной.

— Присаживайся, Кейт, — велел советник, кивнув на стул. Сам он удобно расположился напротив. — Разговор у нас предстоит долгий.

Я нерешительно шагнула вперёд и молча опустилась на край стула, стараясь скрыть волнение. Из рукава Гимтара, через стол, ко мне потянулась созданная из теней рука. Я невольно съёжилась, преодолевая брезгливость, но она не коснулась меня. Вместо этого ловко подхватила бутыль и наполнила мой бокал красным вином.

— Ешь, пей, — щедро произнёс Гимтар, обводя глазами блюда. — И, возможно, я опять покажу твою семью. Если, конечно, ты будешь себя хорошо вести.

Я медленно поднесла бокал к губам. Советник одобрительно улыбнулся. За его благожелательным тоном скрывалась очередная угроза.

— У нас не так много времени, Кейт. Он скоро будет здесь.

Гимтар говорил это с безразличной уверенностью, прекрасно понимая, что его слова произведут впечатление. Каждую чёртову минуту, проведённую в этой «тюрьме», я ждала Джерда, испытывая при этом безумный страх за него. Мысли, что он может попасть в ужасную ловушку, терзали меня. Я не могла допустить, чтобы он столкнулся с чудовищем, которое сидело напротив.

Накануне ночью произошло нечто странное. Засыпая, я вдруг услышала в голове голос… самый желанный на свете голос…

— Кейт, — прозвучал он в моём сознании сдавленно и едва слышно.

Я мгновенно встрепенулась, сон как рукой сняло. Я села, прикрыла веки и, задержав дыхание, начала тщательно прислушиваться к себе. Может, я схожу с ума?

— Кейт, — снова услышала я. — Любимая, я приду за тобой. Ничего не бойся, потерпи немного, я уже близко.

Внезапно тёплая волна невидимых объятий окутала меня. Это был Джерд. Но как? Как это возможно?

— Нет, нет, нет, — зашептала я в панике. — Джерд, если ты меня слышишь, не приходи! Он убьёт тебя. Не приходи, пожалуйста, не приходи!

Но как бы я ни повторяла эти слова, как бы ни пыталась сосредоточиться, больше ничего не почувствовала. Оставалось только надеяться, что он услышал меня.

— Ты боишься за него? — Гимтар привлёк моё внимание. Его спокойный тон резал слух. — Что ж, это вполне естественно. Но смирись, девочка. Такова судьба. Его и его семьи.

Он помолчал, давая осознать услышанное, прежде чем продолжить.

— А вот что до тебя, то шанс ещё есть. — Он сжал губы в подобии улыбки. — Скажи, ты хотела бы вернуться домой?

Я встретила его взгляд, стараясь скрыть смятение.

— Хотела бы. Не трудись возражать. Я вижу всё. — Гимтар улыбнулся, голос стал мягче, но в каждом слове по-прежнему слышалась неприкрытая угроза. — Я могу помочь в этом, вернуть тебя домой прямо сейчас. Ты снова будешь с семьёй, снова заживёшь прежней жизнью…

Он пристально наблюдал за моей реакцией.

— Зачем тебе всё это, Кейт? — Он сделал пространный жест рукой. — Этот мир не твой. Здесь ты чужая.

Я напряглась.

— Чего ты хочешь взамен?

Но Гимтар, проигнорировав мой вопрос, продолжил рассуждать:

— Ты колеблешься, это понятно. Ты влюблена. Любовь — интересная штука, не так ли? Она приходит неожиданно, и вдруг человек, который ещё вчера был незнакомым, становится для тебя всем. Я наблюдал за вами, Кейт. Ждал, когда ваша связь окрепнет, превратится в ту самую любовь, о которой мечтает каждое разумное существо, независимо от мира, в котором живёт. Истинная любовь, Кейт, — это нечто редкое. Не смотри на меня так, я знаю, о чём говорю.

Он замолчал. Взгляд его вдруг рассеялся, как будто он смотрел куда-то сквозь меня.

— Есть такая любовь, что угасает в считаные годы, но есть и другая — вечная. Её не сжигает огонь страсти, не остужает холод ревности, не убивает ни расстояние, ни время, ни даже смерть.

Голос его стал тише, задумчивее.

— О да, я ждал. Ваша встреча оказалась случайной, но именно такая случайность мне и нужна была.

Советник медленно потягивал вино, расслабленно откинувшись на спинку стула, и говорил. Говорил так, словно выговаривался после долгого молчания.

— Нелюбимый сын великого короля Валарана, неправильный принц. Но усмешка судьбы в том, Кейт, что король, сам того не ведая, наделил мальчишку железной несгибаемой волей. Не воспитывая его, он всё равно сделал его точной копией себя. Его старший сын и дочь — всего лишь жалкие марионетки в моих руках. Их я пока не трону, они мне нужны. Принц Реджинар — покорный мальчик. Мне даже не придётся прилагать усилий, он сам разрушит своё королевство, сотрёт его с лица континента. Жажда власти сыграет свою роль, а ненависть, которую посеяла в нём мать, лишь подстегнёт этот процесс. Согласись, Кейт, глубокие душевные раны способны толкнуть человека на путь тьмы с поразительной быстротой. Но когда Реджинар выполнит всё, что мне нужно, я избавлюсь и от него, и от его глупой истеричной сестры. Как же они мне надоели!

Лицо советника исказила гримаса полного презрения.

— Но принц Джерд… — Гимтар снова устремил на меня взгляд. — В нашем мире убить его не так просто. Здесь будто некая сила защищает его. На него не действует даже… — Он вдруг резко осёкся, словно случайно чуть не сказал лишнего. Того, что я не должна была услышать. — Единственный шанс расправиться с ним был в других мирах. И я почти сделал это, но он выжил. Теперь, когда принц вознамерился претендовать на трон, он может помешать моим планам. Но сейчас он слаб. Любовь, Кейт, делает человека уязвимым. Страх потери ослабляет его. Влюблённый всегда заложник своих чувств. Принц больше не