Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

тот бесстрашный воин, которого не волновала собственная жизнь. Теперь ему есть что терять. Ты его слабость, Кейт. И я собираюсь использовать это. С твоей помощью или нет, но он падёт. А у тебя по-прежнему остаётся шанс. — Советник подался вперёд. — Откажись от него, Кейт. Это сломит его волю, и вот тогда я нанесу удар. А ты вернёшься домой и забудешь обо всём, что здесь произошло. Подумай об этом. Если нет, — он снова откинулся на спинку стула и развёл руками, — ты умрешь. На его глазах. Это сломит его сильнее. Видишь, оба варианта в любом случае приведут меня к цели.

Я опустила глаза на свои руки. Пальцы дрожали. Предать Джерда в обмен на возвращение? Именно этого хотел Гимтар… Разум отказывался принимать смысл услышанного. Предать того, кто стал для меня всем? Того, кто рисковал жизнью ради меня?

Гимтар нащупал правильный крючок. Моя семья. Мой привычный мир. Дом… Но ценойего жизни?

Бог мой, это было чудовищно.

Я ненавидела Гимтара за то, что он поставил меня перед выбором. За то, что вынудил заглянуть в эту бездну. И ещё сильнее — себя за то, что позволила этой мысли проникнуть в сознание. Сердце сжалось от боли. В памяти вспыхнули образы: тёплые глубокие глаза, полные любви. Мягкая улыбка. Смех… Он уже пережил предательство. Как я могу повторить это? Как могу стать ещё одним предателем в его жизни?

Гимтар хотел, чтобы я своими руками уничтожила его веру. Растерзала душу.

Я сжала дрожащие пальцы в кулаки, ощущая, как страх превращается в злость. Сидящий передо мной человек возомнил себя вершителем судеб? Ну уж нет! Я выпрямилась, посмотрела Гимтару прямо в глаза и глубоко вздохнула. Неважно, что творилось у меня внутри, я не дам ему этого видеть. Никакие угрозы, никакая магия не заставят меня отказаться от Джерда.

— Где король? Он жив?

Этого вопроса советника не ожидал. Видимо считал, что я не смогу сложить дважды два.

— Как ты получил такую силу? Ты ведь не член королевской семьи?

Он скрестил руки на груди, в глазах появился интерес.

— Слишком много вопросов, Кейт. Прежде чем я отвечу на них, я должен знать, что ты решила? Ты возвращаешься домой?

Глава 24

Кейт

Это был самый настоящий каменный лабиринт — мрачный, вселяющий ужас. Я давно потеряла счёт времени и бродила в странном оцепенении, словно застряла между сном и явью. Откуда-то сверху лился тусклый красноватый свет. Он позволял видеть лишь на несколько шагов вперёд. Дальше же простиралась угольно-чёрная тьма, всепоглощающая и совершенно чужая.

Из-под земли доносился постоянный гул. Едва слышимый, он ни на миг не затихал. Я двигалась почти наугад, не понимая, куда и зачем иду. Всё вокруг казалось однообразным. Скользкие, влажные стены высотой в два человеческих роста окружали со всех сторон, и каждый поворот приводил к точно такому же коридору, как и предыдущий.

Гимтар бросил меня сюда. Вроде бы всего минуту назад мы сидели за столом… И вот, стоило мне твёрдо заявить, что я никогда не предам Джерда и не отступлю, как всё изменилось. Гнев молнией вспыхнул в его глазах. Он щёлкнул пальцами, и тени сомкнулись вокруг меня, словно живые оковы, сжимая, лишая воздуха. Я слышала его смех, жестокий и безумный. Он эхом заполнил разум, пока реальность не потускнела. Всё поплыло, и я потеряла сознание.

А когда очнулась на холодной земле, окружённая высокими стенами, поняла, что мне не выбраться. Где я оказалась и кто создал этот лабиринт, оставалось загадкой. Но всё те же искривлённые грани каменных блоков и нарушенная геометрия подсказывали мне, что я по-прежнему в Землях Древних.

Мортусы теперь не следили за мной. Да и не было в том нужды. Покинуть лабиринт казалось невозможным. Вскоре я поймала себя на мысли, что, даже если бы нашла способ забраться наверх и, может быть, разглядеть выход, отвесные стены и головокружительная высота не позволили бы сделать и шага. К тому же стоило лишь представить себе это, как леденящий ужас охватывал меня, проникая в самые глубины сознания. И всё же… происходило что-то странное. Прежние страхи будто слабели, растворялись, уступая место холодной, отстранённой безысходности.

Темнота больше не пугала, она просто была. Я двигалась вперёд почти механически, скользя рукой по мокрым камням. Я не знала, брожу ли кругами или лабиринт и вправду бесконечно огромен. Каждая стена, каждый поворот выглядели одинаково. Глазу было не за что зацепиться, а оставить хоть какую-то метку было попросту нечем. Воздух вокруг казался влажным и тёплым, как после ливня, и затруднял и без того напряжённое дыхание. Лишь слабая прохлада, исходящая от земли, немного охлаждала уставшие от бесконечной ходьбы мышцы. Я старалась не думать о том, что будет, когда силы покинут меня.

И вдруг мне почудился стон. С непреходящим давящим гулом я уже свыклась. Разум отсеивал звук как фоновый, не реагируя на него. Однако секунду назад я определённо слышала нечто иное. Я застыла. Ничего…

Видимо, всё-таки показалось. Сделала осторожный шаг, и звук повторился, отчётливый, слышимый неподалеку. Я остановилась, не веря своим ушам, и тут снова раздался протяжный, мучительный стон. Кто-то живой. Здесь. Совсем рядом.

Прижав ухо к стене, я задержала дыхание. Да, рядом, по ту сторону камня! Сердце забилось гулко, ладони вспотели. Я бросилась вперёд, огибая повороты — один, второй, третий, почти в панике, без устали.

Наконец, когда путь превратился в нескончаемый каменный туннель, я, почти не чувствуя ног, выбежала за очередной поворот и замерла. На земле, прямо посреди прохода, лежал человек.

Он почти не двигался — тощий, в изодранных лохмотьях, с грязными седыми волосами, которые беспорядочно спадали на лицо. Его тело казалось болезненно измождённым. Он зажимал правую руку и глухо стонал. Не раздумывая, я бросилась к нему, опустилась на колени.

— Вы… вы слышите меня? — прошептала я неуверенно, не понимая, зачем говорю так тихо.

Мужчина вздрогнул всем телом, будто очнулся от тяжёлого забытья, и внезапно умолк.

— Ты…

Он отнял левую руку от раненой правой, дотронулся до моего плеча и прохрипел, с трудом произнося слова:

— Ты… настоящая?

Голос его сорвался в надрывный кашель. Я, немного поколебавшись, аккуратно убрала спутанные волосы с его лица и ахнула, зажав себе рот дрожащими пальцами.

Исхудавший и сильно постаревший, но без сомнения, это был он. С удивлением и недоверием, словно не мог поверить своим глазам, на меня смотрел… король Валаран.

— В-ваше В-величество… — еле выговорила я.

— Кто ты, дитя? — спросил он, снова закашлявшись,