Пламя на ветру - Анастасия Ваймор

— Хорошо, детка, не волнуйся так, — мягко сказала мама. — Я же говорила, мы не против.

Но я уже волновалась не на шутку. Нога сама собой начала нервно подрагивать. Джерд заметил это и положил ладонь мне на колено. Успокаивая, слегка сжал пальцы.

— Анна, — серьёзно заговорил он, — вы что-нибудь слышали о параллельных мирах?

— Ну… да, конечно, как все. — Мама нахмурилась. — А при чём тут это?

— Мам, я рассказывала тебе о снах прошлой осенью, — тихо пробормотала я. — Помнишь?

Мама медленно кивнула.

— Прошлой осенью со мной кое-что произошло…

Джерд подался чуть вперёд:

— Анна, то, что я сейчас скажу, может показаться странным. Возможно, вы не поверите сразу. Это нормально. Но мне важно, чтобы вы попытались понять.

Мама выпрямилась и сложила руки на коленях.

— Продолжай, — сказала она настороженно.

— Место, где я родился, находится далеко отсюда. Гораздо дальше, чем можно измерить привычными расстояниями. Ваша теория о параллельных мирах не просто гипотеза. Она верна. — Джерд замолк на мгновение, давая ей осмыслить услышанное. — Миров много. Огромное количество. Они все… — Он запнулся, подбирая слова. — Большинство из них связаны между собой. Ваш один из таких. И… мой тоже.

— Твой?

— Мой мир, — подтвердил Джерд. — Он похож на ваш. Те же люди, привычки, законы природы, которые вы называете физикой. Многое там знакомо. Нити, связывающие миры, иногда позволяют открывать переходы между ними. — Он говорил ровно, без нажима. — Прошлой осенью я открыл один из таких. И встретил вашу дочь.

Тонкие мамины пальцы на коленях дрогнули. Она перевела взгляд на меня.

— Он говорит правду, мам. Я была там. С ним. Это настоящий мир, живой.

Джерд кивнул.

— Кейт не придётся ничего бояться. Я никогда бы не стал заставлять её выбирать что-то против воли. Но мне нужно вернуться туда, откуда я пришёл. И если мы хотим быть вместе…

— Ты хочешь, чтобы моя дочь ушла с тобой? — В мамином голосе не было упрёка, только страх, который она пыталась скрыть.

— Да, Анна. Я люблю её, — сказал Джерд. — Обещаю, она будет в безопасности. Это не прыжок в неизвестность. Это… место, где мы можем быть счастливы. Если бы я мог остаться здесь, этого разговора бы не было.

Джерд повернул ко мне голову. Его глаза… В них я увидела столько боли, что у меня мгновенно встал ком в горле.

— Мам, я люблю его, — почти шёпотом произнесла я. — Это просто будет другой дом…

Мама молчала. Смотрела на стоящую на столике чашку с кофе и молчала. Джерд держал мою руку в своей и ждал. Мы оба почти не дышали.

Наконец она оторвала взгляд отспасительной точки и посмотрела на меня:

— Что произошло прошлой осенью?

Мама вдруг сделалась маленькой и хрупкой. Она сидела, чуть сгорбившись, на большом диване. Мне захотелось подбежать, прижаться щекой к тёплой груди, как в детстве, гладить мягкие волосы и думать о том, что красивее её нет на всём белом свете. Но я знала, что сейчас ей не нужны мои объятия. Ей нужны ясность и правда. Только так она могла понять, почему я волнуюсь и чего жду с таким нетерпением.

Рассказывая, я намеренно упускала события, которые могли её напугать. С возрастом начинаешь осознавать: не всё, с чем ты способен справиться или уже справился, нужно открывать другим. А родителям тем более. Волновать их стоит лишь тогда, когда утаить уже невозможно. О титуле Джерда и его особом положении я тоже решила пока умолчать.

— …А потом я, наконец, всё вспомнила… — закончила я и виновато пожала плечами, чувствуя, как волнение постепенно стихает.

Мама заговорила не сразу. Потянулась к чашке, отпила немного и поставила на место.

— За почти тридцать лет работы в суде, — начала она, — я могу отличить, когда человек лжёт, а когда говорит правду. — Она внимательно смотрела на Джерда. — Ты говоришь правду. Но я привыкла полагаться на факты. Особенно если речь идёт о моей дочери. Прости, детка. — Её взгляд скользнул ко мне. — Но слов мне мало.

Этого я и боялась. Поверить в то, что мы только что рассказали, было непросто. Чуда я не ждала. Достаточно того, что с Рут прошло всё гладко. Мама же хотела фактов, и мы могли ей их дать. Я повернулась к Джерду.

— Покажи ей.

Он насторожился.

— Уверена?

— Да. Открой его.

Джерд кивнул и поднялся.

— Анна. — Он шагнул к центру комнаты. — Сейчас вы кое-что увидите. Прошу, не пугайтесь. Вам с Кейт ничего не грозит.

Мама не произнесла ни слова. Джерд вытянул руку, чуть повёл пальцами, ладонь засветилась. Мгновение — и белый луч развернул перед нами воронку.

Сквозь подрагивающую пелену проступили очертания башен. Я узнала их сразу. По линиям, по особому изгибу вытянутых треугольных крыш, по тому сиянию, что исходило от камня. Королевский Дворец Зораты светился в ярком полуденном солнце.

Мама резко втянула воздух, но не отпрянула. Она смотрела сосредоточенно, так, как, должно быть, смотрела на улики в зале суда. Воронка расширилась, и у подножья Дворца показались извилистые улицы, бегущие к берегу.

— Это… — Мама приложила ладонь к губам.

— Мой дом, — осторожно сказал Джерд. — Это Зората — один из городов моего мира.

Она перевела взгляд на меня.

— Ты правда была там?

— Да, мам, — внезапно севшим голосом произнесла я.

Джерд пошевелил рукой. Свет моргнул. Воронка сжалась и мгновенно исчезла. Гостиная вновь стала обычной: диваны, столик, остывший кофе. Только вот воздух будто ещё хранил в себе солёные брызги Иррианского моря.

Джерд опустил руку, вернулся обратно и присел рядом со мной.

— Этого достаточно? — Он с надеждой взглянул на маму.

Она долго молчала, лишь потрясённо всматривалась в моё лицо. Словно собирала внутри распавшиеся фрагменты привычной реальности и пыталась при этом осознать новое, непонятное, но уже принятое.

— Значит, это правда, — совсем тихо проговорила она и перевела взгляд на Джерда. — Я не знаю, как это возможно. И если честно, мне страшно. Но я вижу, как ты смотришь на мою дочь. И как она смотрит на тебя.

Её голос дрогнул.

— Ты любишь её?

Джерд склонил голову:

— Всем сердцем.

— А ты… — Она замялась. — Ты в самом деле этого хочешь?

— Да, мам, — прошептала я, чувствуя, что вот-вот расплачусь.

Она закрыла глаза, глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула. Будто отпускала сейчас нечто, что держала при себе слишком долго.

— Тогда слушай внимательно. — Мама снова смотрела на меня. — Я не смогу защитить тебя там. Не смогу пойти с тобой. Не буду рядом, когда тебе станет трудно.

Она протянула руку.