Воздушная кавалерия. Том 10 - Джек из тени

Его пальцы снова начали чертить сферу. На этот раз процесс шел тяжелее. Мышцы на предплечьях Кирилла вздулись, кисти мелко и часто подрагивали от запредельного сопротивления материи. Черно-фиолетовый сгусток между ладоней собирался с видимым трудом, жадно поглощая остатки сияния из печати.

Второй толчок ладонями.

Воздушный молот ударил во вторую линию завала. Земля под ногами Вилсона подпрыгнула, словно при локальном землетрясении. Очередной пласт кирпича и арматуры с жутким визгом рвущегося металла вырвало со своего места и унесло вслед за первыми обломками. В лесу затрещали новые падающие деревья, поднимая вторую волну пыли, которая накрыла поляну полумраком.

Печать на земле под ногами Строганова вспыхнула в последний раз и окончательно потухла. Серые, мертвые борозды на грунте больше не излучали ни крупицы энергии.

Кирилл стоял неподвижно. Его китель на спине взмок от пота, плечи судорожно вздымались. Он собирал силы для финального удара.

В этот раз времени ушло втрое больше. Граф тянул остатки ресурса из собственных скрытых резервов, перегружая свои контуры до предельных отметок. Воздух вокруг его головы дрожал от жара, словно над раскаленной печью. Фиолетовая сфера между ладоней больше не сияла, она тлела тяжелым, пульсирующим багрянцем.

Третий залп выбил последние завалы. Свод подземного каземата, вскрытый чудовищным клином, обнажился до самого каменного основания. Многотонные обломки цоколя разметало по сторонам, оставив глубокий, дымящийся кратер с ровными, словно оплавленными краями. На дне провала показались разбитые плиты пола того самого минус второго этажа.

В ту же секунду, когда эхо последнего удара раскатилось по лесу, Строганова ощутимо качнуло вперед.

Ноги графа подогнулись. Кровь из носа хлынула еще сильнее, заливая подбородок и грудь. Кирилл едва не рухнул на колени, но в последний момент успел выбросить вперед правую руку, жестко зафиксировав сустав и удержав равновесие на чистом упрямстве. Двое офицеров из передового отряда, заметив состояние командира, сорвались с места, готовые подхватить его под руки.

— Назад! — короткий, резкий взмах левой ладони Аудитора остановил их на полушаге. Голос графа был хриплым, и больше похож на рык раненного зверя.

Кирилл медленно, тяжело выпрямился. Тыльной стороной ладони он размазал кровь по лицу, оставляя на бледной щеке широкий алый след. Сделал несколько глубоких, прерывистых вдохов, восстанавливая сбитый ритм сердца, и снова поднял руки. Пальцы ходили ходуном от мышечного тремора, но траектория движений оставалась предельно четкой.

Вилсон затаил дыхание, не отрывая взгляда от спины графа.

То, что Аудитор сотворил с завалом, было за гранью его понимания. Но теперь стоял главный вопрос: ради чего? На дне кратера лежали лишь расколотые каменные плиты да свисающие обрывки стальных цепей. Ни одного признака жизни. Человек не мог пережить прямого попадания сотен тонн рухнувшего здания, даже если бы обладал прочной кожей. Да чего уж там, выжить под такими завали мог разве что Альфа-Кинетик. Да, княжна всех удивила, но на этом фокусы однозначно закончились!

Кирилл прикрыл глаза.

Вокруг его раскрытых ладоней запульсировало мягкое, травянисто-зеленое свечение медицинской Пыли. Мельчайшие светящиеся частицы, похожие на рой крошечных изумрудных светлячков, плавно отделились от его пальцев и густым облаком потекли вниз, на дно кратера.

Зеленая дымка опускалась медленно, затекая в каждую микротрещину между расколотыми плитами, просачиваясь сквозь щели в полу, сканируя пространство на молекулярном уровне. Прошла минута. Затем вторая. Тишина над поляной стала абсолютной, слышно было лишь, как где-то в лесу тяжело оседает поднятая взрывами земляная пыль да потрескивают остывающие куски арматуры.

Внезапно голова Строганова резко дернулась вправо. Взгляд графа намертво сфокусировался на дальней восточной стене бывшего каземата. Кирилл опустил руки, зеленое свечение медленно угасло.

Он сделал первый шаг, неуверенный и тяжелый. Граф шел к краю провала медленно, слегка припадая на левую ногу, не потому, что сомневался или осторожничал, а потому, что его тело было выжато до последней капли. Каждый шаг по хрустящему гравию давался ему с колоссальным трудом, но он шел, не отрывая взгляда от темной ниши на дне. Спустившись по осыпающемуся склону кратера, Строганов остановился перед заваленным углом.

А дальше сэр Артур Вилсон, стоявший на краю обрыва под конвоем двух молчаливых бойцов, окончательно поверил в чудеса.

Граф Строганов не стал тратить время на ювелирную работу. Он просто коротко, с небрежной жестокостью махнул левой рукой. Огромная покореженная балка и остатки кирпичной кладки, скрывавшие дальний угол подвала, с сухим треском разлетелись, распыленные в мелкую каменную труху. Плотное облако серой пыли осело, прибитое к земле остаточным напряжением.

Вилсон, стоявший на коленях под железной хваткой бойцов, судорожно сглотнул, не веря своим заплывшим глазам.

Там, на дне расколотого фундамента, среди искореженного металла и раздробленного бетона, светилась сфера. Плотный, пульсирующий кокон из чистейшей синей Пыли. Внутри этой мерцающей скорлупы неподвижно лежала княжна Ростова. С такого расстояния, сквозь искажающее марево защитного поля, было совершенно непонятно, дышит девушка или ее грудная клетка замерла навсегда.

Но Вилсон, как кадровый офицер британской разведки, годами изучавший природу способностей одаренных, четко знал одно непреложное правило этого мира: любое плетение Кинетика рассыпается в прах в ту самую долю секунды, когда угасает сознание его создателя. Мертвые не держат барьеры. А на княжне, и Артур знал это наверняка, после тщательного обыска не осталось ни единого артефакта или портативного генератора.

Значит, она была жива. Эта рыжая стерва, обрушившая на себя многотонный особняк, умудрилась выжить!

Строганов медленно спустился по осыпающемуся склону кратера. Ботинки скользили по битому кирпичу, но граф не обращал на это внимания. Он подошел вплотную к мерцающей полусфере. Стоило ему лишь коснуться поверхности кокона кончиками пальцев, как синяя Пыль мгновенно отозвалась: по ней пробежала рябь, и защита бесшумно развеялась, осыпавшись на каменный пол роем угасающих искр.

Наталья выглядела откровенно скверно. Ее лицо было покрыто слоем серой пыли и запекшейся крови из разбитой губы, шикарное платье превратилось в грязные лохмотья, а на бледной коже проступали жуткие, наливающиеся чернотой гематомы. Но она дышала. Рвано, со всхлипами, но дышала.

Кирилл опустился на одно колено, аккуратно подвел руки под спину и колени девушки, и одним плавным движением поднял ее. В этот момент произошло нечто странное. Вилсону, наблюдавшему сверху, показалось, что эта изломанная, бессознательная ноша не добавила графу тяжести, а наоборот — будто влила в него новую порцию сил. Спина Строганова выпрямилась, исчезла тяжелая одышка, а зеленоватое свечение в его глазах вспыхнуло с новой, ровной мощью.

Кирилл уверенно, не припадая на травмированную ногу, поднялся по