Театр зависти. Уильям Шекспир - Рене Жирар

Когда б Юпитер сам из облаков

Со мной заговорил о тайнах неба

И подтверждал правдивость слов своих,

Ему б не больше верил я, чем нынче -

Тебе, всецело благородный Марций!

Позволь моим рукам обнять тебя,

На ком сто раз мое копье ломалось,

Обломками взлетая до луны

И нанося ей раны.

(Обнимает Кориолана.)

Вот сжимаю

Я наковальню своего меча

В объятиях и нынче состязаюсь

С тобой в любви я пламенной и верной,

Как некогда из гордого упрямства

Я состязался в доблести с тобой.

Скажу тебе, я девушку любил,

На ней женился, и едва ль кто в жизни

Так искренне вздыхал тогда, как я;

Но сердце восхищенное мое

Танцует больше от того, что встретил

Я здесь тебя — высокое творенье,

Чем в миг, когда избранница моя

Ступила через мой порог. Знай, Марс:

Мы здесь собрали войско; и хотел я

Еще раз щит рвануть с руки твоей

Или своей рукою поплатиться.

Двенадцать раз ты побеждал меня,

И ни одной не проходило ночи,

Чтоб не видал во сне я наших стычек;

Мы наземь падали с тобой во сне,

Срывали шлемы и один другого

За горло брали; я изнемогал -

И просыпался….{34}

(IV, v, 102–126)

Упоминание о жене Авфидием несомненно указывает на гомосексуальные коннотации этой сцены; они столь же весомы, как и в комедии, о которой мы ведем речь. В обеих пьесах Шекспир изображает то самое эротическое влечение к медиатору, какое прослеживается в произведениях других миметических писателей, прежде всего у Достоевского и Пруста.

Как мы уже знаем, Авфидий и Кориолан были близкими друзьями, пока внезапно не открылась оборотная сторона их амбивалентного союза и Авфидий не убил Кориолана. Подобная, хоть и не настолько трагичная амбивалентность, присутствует также в отношениях Елены и Гермии.

Правомерно ли утверждать, что Шекспир смог распознать сексуальную тягу к медиатору потому, что сам испытывал эротическое влечение к юношам, а они в шекспировском театре играли не только Авфидия и Кориолана, но и Елену с Гермией. Вероятно, и да и нет. Однозначного ответа здесь быть не может. Наше понимание миметического процесса во многом обусловлено собственными миметическими интуициями и опытом; и то и другое никак не связано с сексуальной ориентацией. Миметический фактор может влиять на сексуальную ориентацию, а может никак не соотноситься с ней. Вместе с тем есть весомые основания полагать, что сексуальную ориентацию не определяют особенности мимесиса наших желаний, и это правило верно как для гетеросексуальных, так и для гомосексуальных желаний, как для мужчин, так и для женщин.

Вряд ли удастся читать «Сонеты» Шекспира, не оглядываясь на его биографию. При таком прочтении в них нетрудно углядеть бисексуальность, и это вполне соответствует тому, что мы видим в его драматургии. Разговоры о частной жизни Шекспира, конечно, будут вестись всегда, но они ничего не проясняют, а те «новости», которые из них можно узнать, как правило, малоинтересны. На мой взгляд, очевидные переклички между шекспировским представлением о желании и современной теорией мимесиса говорят гораздо больше, чем обстоятельства его биографии, хотя бы потому, что эти переклички можно проверить и подтвердить «медленным чтением» и сопоставлением как можно большего числа шекспировских текстов. На мой взгляд, это более плодотворное занятие, чем бесконечные пересуды о том, каким человеком был Шекспир на самом деле.

В «Сне в летнюю ночь» шекспировская теория мимесиса представлена с почти назидательной наглядностью: сначала, в монологе Елены, раскрывается онтологическая природа миметического желания модели, после чего следует диалог о способах осуществления этого желания. Как девушке превратиться в подругу, ставшую медиатором? Только одним способом — ее жизнь должна быть мистическим подражанием (imitatio) Гермии, а поскольку божество досягаемо, Елена просит совета непосредственно у нее:

Но научи меня: каким искусством

Деметрия ты завладела чувством?

(I, i, 192–193)

Это речь школьницы, которая просит учителя помочь ей справиться с домашним заданием. Гермия считает, что она в учителя не годится, тем не менее дает самый подходящий совет:

Я хмурю бровь — он любит все сильней.

(194)

Почему человек, с которым обходятся так жестоко, как Елена — с Деметрием, отчаянно тянется к своему обидчику. В рамках миметической теории ответ очевиден: победа над соперником гасит желание, тогда как поражение раздувает его. Отношения Гермии и Деметрия иллюстрируют первую закономерность, поведение Елены — вторую. Деметрия влечет к Гермии потому, что та высокомерно не замечает его; Елена тянется к Деметрию потому, что он высокомерно не замечает ее. Гермия — более искушенный учитель эротических стратегий, чем ей кажется, но Елена урок не усваивает, о чем свидетельствует ее жалкий ответ:

Такую власть — улыбке бы моей!

(195)

Чем более мы миметичны, тем меньше замечаем, насколько наша речь и поведение подчинены миметическому закону. Влюбленные пытаются преподать друг другу урок, которого сами не понимают. Куски пазла складываются безупречно: по мере того, как девушки обмениваются наблюдениями, картина становится все более очевидной, но те, кто картину рисует, неспособны увидеть ее смысл. А что же зрители? Именно ради них Шекспир заставляет Гермию и Елену дважды повторять, по сути, один и тот же диалог:

Гермия: Кляну его — в нем только ярче пламя!

Елена: О, если б мне смягчить его мольбами!

(196–197)

Гермия во второй раз предлагает единственно действенную стратегию, но Елена во второй раз ее не слышит. Четверо влюбленных пытаются осуществить одну и ту же онтологическую мечту одним и тем же самоубийственным способом. Чем больше они упорствуют, тем сильнее запутываются в лабиринте летней ночи, и очень скоро смешное недоразумение превращается в зловещий ночной кошмар. Все они ответственны за то, что происходит, хотя ни один из них этого не понимает. Однако Шекспир дает нам еще одну возможность увидеть то, что не в силах заметить герои:

Гермия: Чем жестче я, тем он нежней со мной!

Елена: Чем я нежней, тем жестче он со мной!

(198–199)

Пассивно пережив и оплакав горькие результаты собственной абсурдности, миметическое желание, позволим себе сказать, берет быка за рога и активно стремится к