Семеро Красной Реки - Энтони Райан

Глава 9

Спутниковый телефон начал пищать, когда они находились на небольшом расстоянии от моста. Впервые Хаксли почувствовал желание проигнорировать его; пусть себе трезвонит, сколько времени потребуется их невидимым мучителям, чтобы отключить двигатели. Пинчон уловил его настроение, состроив наполовину извиняющуюся гримасу, когда протянул руку, чтобы нажать зеленую кнопку. "У нас нет выбора. Ты это знаешь".

"У вас есть потери?" - спросил телефонный голос с привычным отсутствием интонации.

Хаксли провел рукой по голове, снова ощутив пульсирующую боль при воспоминании. Возможно, когда-то у него был неудачный опыт ожидания. "Нет".

"Проявляет ли кто-нибудь из оставшихся признаки спутанного мышления или неоправданной агрессии?"

"Нет".

"Опишите состояние другого судна".

"Обширные внутренние повреждения в результате обстрела из стрелкового оружия. Выживших нет. Два трупа. Кало и Тернер. Убийство. Оба были инфицированы".

"Вы нашли что-нибудь интересное или ценное для вашей миссии?"

Его взгляд метнулся к микроскопу, пристегнутому ремнями к одному из кресел. "Нет. У нас не было времени". Он не стал обсуждать эту ложь с остальными, но никто не стал возражать. "Появилась куча Зараженных. Выглядело так, будто они были недовольны нашим присутствием. Фактически действовали согласованно, чтобы остановить нас. Есть идеи, что это значит?"

Он не ожидал ответа, поэтому продолжительность и подробности последующего рассказа стали для него неожиданностью. "Большинство Заражённых впадают в бред и умирают в течение четырех недель после заражения, но другие этого не делают. Одни продолжают действовать самостоятельно, другие образуют группы, в которых проявляются иерархические и хищнические черты. Все они остаются агрессивными в ответ на то, что может быть воспринято как вторжение на территорию".

"Если они это делают, значит, они не могут быть полностью сумасшедшими. Какая-то их часть все еще способна мыслить, общаться".

Короткая пауза, один щелчок. "Ваше сочувствие неуместно и не имеет отношения к успеху этой миссии".

"Вашей миссии".

"И вашей тоже. Ваше участие было полностью добровольным".

"Так вы говорите. У нас нет возможности узнать, так ли это".

Еще один щелчок. "Дальнейшее обсуждение этого вопроса не имеет значения. Лодка приближается к участку с большей глубиной, где она будет деактивирована в темное время суток. Вам предписано отдыхать, но нести вахту для обеспечения безопасности. Лодка возобновит работу на рассвете, когда будут даны дальнейшие инструкции".

"Ага", - пробормотал Хаксли, когда последовали знакомые щелчки и тишина. "Я думаю, ты тоже иди нахуй".

"Это сложное органическое соединение". Рис поджала губы и отошла от окуляров микроскопа. За неимением других образцов они решили проверить содержимое одного из двух запасных подкожных аппликаторов. Она положила прибор на перевернутый ящик для хранения, расположенный рядом с люком рулевой рубки, откуда Пинчон наблюдал за окружающими водами. Выяснилось, что основание микроскопа содержало выдвижной отсек, заполненный предметными стеклами, шприцами и различными другими полезными инструментами.

Через час после того, как замолчал спутниковый телефон, судно остановилось на обещанной остановке, и двигатели возобновили свое прерывистое рычание. За туманом ничего не было видно, сумерки создавали впечатление, что они плывут посреди огромного и бесконечного океана, а не в разрушенном и затопленном городе. Отдаленные крики доносились до них сквозь туман, но не было никаких признаков сплоченного и нестройного хора стаи, напавшей на них у моста.

"Как видите, длинный список различных элементов". Рис указала на маленький раскладной экран, прикрепленный к микроскопу, отображающий содержимое предметного стекла, которое она вставила в базовый блок. Для глаз Хаксли это был всего лишь розово-серый мазок, испещренный химическими символами и цифрами. Рис, несмотря на ее заявления о недостатке биохимических знаний, без особого труда прочитала его.

"Но это не удивительно, - продолжала она. "Важно то, что они дают в сумме".

"И что же это?" - спросил Хаксли.

"Дезоксирибонуклеиновая кислота и белки в различных количествах. Сокращенно - стволовые клетки. Спектрографический анализ также выявил наличие солей алюминия".

"Почему это важно?" спросила Плат.

"Соли алюминия являются адъювантом, входящим в состав многих вакцин".

"Адъювант?" спросил Хаксли.

"Это медицинский термин, обозначающий любое вещество, которое усиливает действие основного компонента соединения. В вакцинах соли алюминия используются для усиления воспалительной реакции организма, которая, в свою очередь, стимулирует иммунный ответ, вызывая повышенную выработку антител."

Антитела... Мысль рассказать им о каракулях на другой лодке возникла, но тут же исчезла из головы Хаксли, снова подавленная инстинктом полицейского.

"Значит, это инокулянт, - сказала Плат.

Рис посмотрела на экран микроскопа и покачала головой. "Не обязательно. Вспомогательные вещества являются общими для других медикаментозных методов лечения. Хотя это повышает вероятность. Однако то, что осталось в моей памяти, не содержит никакой информации об использовании стволовых клеток в вакцинах".

"Но что бы это ни было, возможно, оно все же сделало нас невосприимчивыми к этой штуке", - спросил Пинчон. "Я имею в виду, что никто из нас, похоже, пока не проявляет признаков".

"У Дикинсон были", - заметил Хаксли.

"Потому что она еще не сделала укол", - сказала Плат.

"Что поднимает другой вопрос: если это какая-то вакцина, то почему мы не получали ее до тех пор, пока не оказались так глубоко в этом путешествии?"

"Вполне возможно, что так и было", - предположила Рис. "По телефону нам сказали, что те прививки, которые мы сделали, были ревакцинацией. Некоторые вакцины становятся полностью эффективными только после второй дозы. И не будем забывать о шрамах над почками. Возможно, для того чтобы эта штука заработала, потребовалось какое-то хирургическое вмешательство, возможно, изменения в эндокринной системе". Что касается Дикинсон, то нет двух абсолютно одинаковых людей. Люди по-разному реагируют на болезнь. У кого-то симптомы слабо выражены, у кого-то их вообще нет. У других может быть естественный иммунитет даже без вакцины. Возможно, Дикинсон была просто более восприимчива к инфекции. Если это так, то прививка, возможно, не помогла бы ей".

Пинчон кивнул в сторону микроскопа. "Ты можешь проверить нашу кровь с его помощью, верно? Посмотреть, не заражены ли мы".

Рис кивнула. "Но мне нужны образцы для сравнения. Образцы зараженной крови, а у нас их нет".

"В каюте экипажа еще есть немного крови Дикинсон", - предположила Плат.

"Она высохла и загрязнена". Рис повернулась к туману, стелющемуся багровыми вихрями за кормой. "Если нам нужен жизнеспособный образец, нам нужно пойти и получить его".

Пинчон настоял на том, чтобы Рис на этот раз осталась. "Нам нужен ее опыт. Нет смысла привозить тело, если она не будет жива, чтобы его проанализировать".

Плат широко улыбнулась ему.